История вокруг работы экстренной медицинской помощи в Киеве вновь подняла один из самых болезненных вопросов войны в городе: как именно функционируют службы спасения в условиях постоянной угрозы, когда счет идет на минуты, а вокруг звучат сирены и взрывы. Поводом стала история киевлянина Юрия Терещука, который заявил, что столкнулся с трудностями при вызове “скорой” во время одной из атак. После этого в Kyiv City State Administration дали официальные разъяснения и представили свою версию событий.
По словам мужчины, он получил ранение во время одного из ударов по столице. Он утверждает, что дважды пытался дозвониться в службу экстренной помощи: сначала звонок остался без ответа, а затем ему якобы сообщили, что бригада сможет выехать только после окончания воздушной тревоги. Эти слова вызвали широкий общественный резонанс, поскольку речь шла о ситуации, где любая задержка может иметь критические последствия.
Позже ситуация получила продолжение. Как сообщали в TSN, к пострадавшему в итоге прибыли как государственная, так и частная медицинские бригады. Они оказали необходимую помощь и доставили мужчину в медицинское учреждение. В репортаже также отмечалось, что случай относился к категории критических вызовов, которые обычно требуют максимально быстрого реагирования.
Однако в Департаменте здравоохранения Kyiv City State Administration заявили, что делать из этой истории вывод о системных сбоях неправильно. По их словам, экстренная медицинская помощь в столице работает непрерывно, даже во время воздушных тревог и массированных атак, а отдельные эпизоды не отражают общей картины.
В КГГА подчеркивают: с начала полномасштабных боевых действий система скорой помощи в Киеве не прекращала работу ни на минуту. Каждый день на дежурстве находятся около 130 бригад Центра экстренной медицинской помощи и медицины катастроф. Эти бригады работают в условиях постоянного риска, когда выезд на вызов может совпадать с повторной угрозой удара.
При этом важный момент заключается в том, что медики вынуждены принимать решения не только исходя из медицинской срочности, но и из реальной безопасности ситуации. В момент обстрелов решение о выезде принимает руководитель бригады, оценивая риски на месте. Это означает, что каждая ситуация уникальна и не может рассматриваться по единому шаблону.
В КГГА также привели масштабную статистику работы экстренной службы. С 24 февраля 2022 года по 17 июня 2026 года киевские медики осуществили 4687 выездов непосредственно на места ударов. Помощь была оказана 2501 пострадавшему, среди которых 192 ребенка. Бригады работали на 1687 различных локациях по городу. Эти цифры показывают не единичные действия, а системную ежедневную работу в условиях войны.
Отдельного внимания заслуживает направление эвакуации раненых. По данным КГГА, тысячи медицинских бригад задействованы в транспортировке пострадавших военнослужащих между госпиталями, эвакуационными поездами и медицинскими учреждениями. Всего речь идет о десятках тысяч транспортировок за время войны. Это огромная логистическая система, которая работает без выходных и пауз.
Также в департаменте приводят примеры работы во время крупных атак. Во время массированных ударов медики одновременно выезжают на десятки адресов, иногда речь идет о десятках бригад, которые работают параллельно в разных районах города. В такие моменты система экстренной помощи превращается в распределенную сеть реагирования, где каждое звено играет критическую роль.
Например, во время одного из недавних массовых ударов 3 июня 2026 года медики работали на десятках локаций и оказывали помощь десяткам пострадавших, включая детей. Аналогичная ситуация наблюдалась и 15 июня, когда бригады снова были задействованы одновременно на множестве адресов, оказывая помощь людям в разных частях столицы.
Все это демонстрирует, что работа скорой помощи в условиях войны — это не просто выезд по вызову, а сложная система принятия решений в реальном времени. Медики оказываются между двумя рисками: необходимостью спасти жизнь пострадавшего и угрозой собственной безопасности во время повторных атак.
Именно поэтому в Kyiv City State Administration подчеркивают: нельзя вырывать отдельные случаи из контекста и делать на их основе обобщающие выводы. Каждая ситуация в условиях войны развивается по своему сценарию, и реакция службы зависит от множества факторов — от интенсивности угрозы до доступности подъезда к месту происшествия.
Власти также призвали общество и медиа с осторожностью относиться к распространению непроверенной информации. По их словам, эмоциональные заявления, не подкрепленные полной картиной событий, могут создавать искаженное представление о работе служб, от которых напрямую зависят человеческие жизни.
За каждым вызовом стоит реальная история — человек, который нуждается в помощи, и медики, которые принимают решение в условиях крайнего давления. И именно эта сложная реальность определяет работу экстренной медицины в Киеве сегодня.
История с заявлением киевлянина стала лишь поводом для более широкой дискуссии о том, как должна работать система спасения в условиях войны. И эта дискуссия, судя по всему, еще далеко не завершена.
