Война неизбежно ставит людей перед решениями, которые в мирной жизни казались бы невозможными. Именно поэтому любые сообщения о конфликтах внутри украинской армии вызывают широкий общественный резонанс. Одним из самых обсуждаемых материалов последних дней стало расследование издания Texty.org.ua, в котором собраны свидетельства военнослужащих о возможных нарушениях со стороны 225-го отдельного штурмового полка. В свою очередь командование подразделения категорически отвергло обвинения в создании так называемых «заградительных отрядов» и заявило, что все действия были продиктованы исключительно требованиями безопасности и положениями уставов Вооружённых сил Украины.
Центральным элементом расследования стала аудиозапись, на которой, по утверждению журналистов, слышен голос, похожий на голос командира полка Олега Ширяева. На записи звучат слова о том, что любое передвижение без подтверждённого разрешения должно восприниматься как потенциальная угроза, а военнослужащие, самовольно покидающие позиции, называются противником. Именно эти фразы стали основанием для появления предположений о существовании практики силового пресечения несанкционированного отхода с позиций.
Сам Олег Ширяев отверг такую трактовку своих слов. По его словам, речь шла вовсе не о приказе открывать огонь по украинским военнослужащим, а о необходимости тщательно проверять всех вооружённых людей, выходящих со стороны линии фронта. Он пояснил, что подобные меры связаны с неоднократными случаями использования российскими диверсионными группами украинской военной формы для проникновения в тыл.
Одновременно журналисты привели свидетельства военнослужащих нескольких подразделений, которые выполняли боевые задачи совместно с 225-м полком. По их словам, при вынужденном отходе с позиций их останавливали, требовали сложить оружие, задерживали, а в отдельных случаях угрожали применением оружия.
Особое внимание привлекла история офицера одного из батальонов 102-й отдельной бригады территориальной обороны. Он рассказал, что после отхода соседних подразделений его группа оказалась под угрозой окружения. Несмотря на своевременное уведомление командования о вынужденном отходе, бойцов, по его словам, встретили военнослужащие 225-го полка, которые отказались сразу пропустить их дальше.
По словам офицера, военнослужащим приказали положить оружие и лечь на землю. В этот момент по месту их нахождения начали работать вражеские беспилотники и миномётные расчёты. Только после завершения обстрела группе разрешили продолжить движение.
Ещё один военнослужащий, имя которого журналисты изменили в целях безопасности, рассказал, что их группу встретили около десяти вооружённых человек, которые открывали предупредительный огонь рядом с ними. Именно эти свидетельства стали основанием для использования в расследовании термина «заградительные отряды», вызвавшего наиболее оживлённые дискуссии.
В самом 225-м отдельном штурмовом полку подобные обвинения считают необоснованными. В официальном заявлении командование пояснило, что осенью 2025 года во время боёв под Гуляйполем после потери управления отдельными подразделениями территориальной обороны сотни военнослужащих самовольно покинули свои позиции. В таких условиях любая вооружённая группа, выходившая с передовой, должна была проходить обязательную проверку независимо от формы одежды и знаков различия.
В полку подчёркивают, что алгоритм действий был чётко определён: сначала подавалась команда остановиться, затем производились предупредительные выстрелы вверх, после чего военнослужащих временно разоружали исключительно для установления личности и последующей передачи представителям Военной службы правопорядка. Кроме того, в подразделении заявили, что подобные действия согласовывались с командованием других частей и военным омбудсменом.
При этом расследование содержит и другие серьёзные обвинения. Несколько военнослужащих сообщили о незаконном удержании в так называемых «ямах», физическом насилии, избиениях, привязывании к деревьям и угрозах расстрелом. В качестве примеров журналисты приводят истории военнослужащих Романа Бедея и Богдана Логвиненко, которые утверждают, что подверглись насилию после конфликтов с командованием.
Отдельно в материале приводится рассказ военнослужащего под изменённым именем Иван. Он утверждает, что во время боёв в Курской области один из командиров якобы приказал оператору беспилотника сбросить боеприпас на раненого украинского военнослужащего. Командир с позывным «Агроном», о котором идёт речь в публикации, категорически отверг эти обвинения и заявил, что впервые слышит о подобных утверждениях.
Журналисты также напомнили об уголовном производстве, которое Государственное бюро расследований открывало после Белгородской операции по статье о превышении военным должностным лицом власти или служебных полномочий. По данным авторов расследования, спустя несколько месяцев производство было закрыто.
Несмотря на отрицание большинства обвинений, в 225-м полку подтвердили один из описанных журналистами эпизодов. Речь идёт об избиении военнослужащего подразделения «Шквал», отказавшегося выполнять приказ. По словам командования, после внутреннего расследования причастных сержантов отстранили от исполнения обязанностей, а материалы были переданы в Военную службу правопорядка.
Автор расследования Анна Калюжная заявила, что готова предоставить правоохранительным органам контакты источников, согласных дать официальные показания, если будет начато полноценное расследование изложенных фактов.
История вокруг 225-го отдельного штурмового полка вновь показала, насколько сложными могут быть решения в условиях современной войны и насколько важны доверие, координация и взаимодействие между различными подразделениями украинских Сил обороны. Озвученные в расследовании заявления требуют тщательной, всесторонней и объективной проверки компетентными органами. Только официальное расследование способно установить все обстоятельства произошедшего, дать ответы на вопросы общества и исключить любые сомнения относительно изложенных фактов.
