Австралия оказалась в центре неудобного для западной санкционной коалиции вопроса: страна продолжает импортировать нефтепродукты, произведенные из российской сырой нефти, фактически оставляя Москве возможность получать доходы от продажи энергоресурсов.
Об этом говорится в новом отчете межпартийного комитета по вопросам иностранных дел, обороны и торговли Сената Австралии, посвященном эффективности санкций против России. Документ обращает внимание не только на отдельные случаи обхода ограничений, но и на системную проблему: санкции теряют силу, если между производителем сырья и конечным покупателем появляется третья страна.
Именно такая ситуация, по оценке авторов отчета, сформировалась на австралийском рынке нефтепродуктов.
Российская нефть меняет «паспорт» — и попадает в Австралию
На первый взгляд может показаться, что санкции работают достаточно просто: если страна запрещает покупать российскую нефть, то российский ресурс не должен попадать на ее рынок. Однако реальная мировая торговля устроена гораздо сложнее.
Сырая нефть может быть отправлена в другую страну, где ее перерабатывают в бензин, дизельное топливо, авиационный керосин или другие нефтепродукты. После этого товар уже формально считается продуктом переработки той страны, где расположен нефтеперерабатывающий завод.
В результате возникает парадоксальная ситуация: государство может официально не покупать российскую сырую нефть, но при этом импортировать топливо, изготовленное именно из нее.
Австралийский парламентский отчет прямо указывает на эту проблему. В нем отмечается, что Австралия стала крупнейшим среди отдельных стран импортером нефтепродуктов, переработанных из российской сырой нефти.
Для Москвы такая схема означает сохранение доступа к мировому рынку. Для Австралии — растущую зависимость от импорта и проблему контроля происхождения энергоресурсов. А для санкционной политики в целом — серьезную экономическую и репутационную уязвимость.
Почему Австралия оказалась в такой ситуации
Одна из причин — изменения на внутреннем топливном рынке страны.
Австралия все сильнее зависит от импортного топлива после закрытия пяти собственных нефтеперерабатывающих заводов. Это означает, что государству приходится закупать значительные объемы готовых нефтепродуктов за рубежом.
Сама по себе зависимость от импорта не означает автоматического нарушения санкций. Проблема возникает тогда, когда правила позволяют недостаточно жестко отслеживать происхождение сырья, из которого был изготовлен конечный продукт.
Именно здесь появляется лазейка.
Нефтепереработчик в третьей стране может приобрести российскую нефть, переработать ее, а затем продать готовое топливо Австралии. Формально австралийский покупатель получает продукт другого происхождения. Однако деньги за первоначальное сырье в конечном итоге поступают российским нефтяным компаниям и государству РФ.
Таким образом, санкционная цепочка обрывается именно там, где ее особенно важно было бы продолжить — на этапе происхождения сырья.
«Беззубые» ограничения не перекрывают главный источник доходов
Авторы отчета фактически призывают австралийские власти признать: недостаточно запретить прямой импорт российской нефти или товаров из России.
Если третьи страны могут перерабатывать российское сырье, а затем экспортировать готовые нефтепродукты в Австралию, экономический эффект от санкций существенно ослабевает.
Это особенно важно для энергетического сектора. Продажа нефти остается одним из ключевых источников валютных доходов для РФ, а значит, каждая возможность сохранить экспорт энергоресурсов поддерживает финансовые возможности российского государства.
В этом и заключается главная проблема непрямых поставок: санкции могут выглядеть жесткими на бумаге, но оставаться гораздо менее эффективными в реальной экономике.
Товар просто меняет маршрут.
Австралии советуют действовать так же жестко, как ЕС и Великобритания
В отчете содержится 11 рекомендаций по усилению санкционного режима. Одна из ключевых — законодательно запретить импорт российских нефтепродуктов даже в тех случаях, когда они были переработаны или смешаны в третьих странах.
Это принципиально отличается от подхода, при котором достаточно проверить только страну непосредственного поставщика.
Сенатский комитет также призывает Австралию лучше согласовать свою санкционную политику с подходами Европейского союза, Великобритании и других союзников.
Речь идет не только о нефти. Авторы документа обращают внимание на товары, которые могут проходить дополнительную обработку за пределами России перед тем, как попасть на австралийский рынок. Среди них упоминаются смешанные масла, древесина и другая продукция.
Логика рекомендаций проста: если государство действительно хочет перекрыть российские доходы, оно должно контролировать не только непосредственного продавца, но и происхождение сырья.
Под санкциями — российские активы
Еще одно направление, на которое обращают внимание авторы отчета, — замороженные российские активы.
Австралии рекомендуют провести более полную идентификацию активов, подпадающих под санкции, а также рассмотреть возможность увеличения ресурсов государственных органов, отвечающих за их замораживание и возможную конфискацию.
Это важно, поскольку санкции — не только запрет на торговлю. Их цель также заключается в ограничении доступа подсанкционных лиц и структур к финансовым ресурсам, собственности и международной экономической системе.
Если же часть активов остается вне внимания из-за нехватки ресурсов или сложности их отслеживания, санкционная система снова сталкивается с той же проблемой — правила существуют, но их практический эффект оказывается слабее, чем ожидалось.
Почему эта история важна для Украины
Для Украины вопрос российских нефтяных доходов имеет далеко не абстрактное значение.
Экспорт энергоресурсов позволяет РФ получать валютную выручку даже тогда, когда прямые торговые связи со многими западными государствами ограничены. Чем больше каналов для продажи нефти и нефтепродуктов остается открытыми, тем сложнее уменьшить финансовые возможности российского государства.
Именно поэтому проблема австралийского импорта выходит далеко за пределы двусторонней торговли.
Если российская нефть продолжает находить покупателей через перерабатывающие предприятия в других странах, санкции рискуют превратиться в игру с формальностями. Нефть никуда не исчезает. Она просто проходит дополнительный этап переработки, после чего возвращается на мировой рынок уже под другим торговым обозначением.
Для эффективной санкционной политики этого недостаточно.
Окно для Москвы еще можно закрыть
Австралийский отчет показывает важную вещь: даже страны, поддерживающие санкционное давление на РФ, вынуждены постоянно пересматривать собственные правила. Мировая торговля быстро адаптируется к ограничениям, и если закон запрещает одну схему, рынок находит другую.
Поэтому эффективность санкций зависит не только от количества запретов, но и от способности государств перекрывать обходные маршруты.
Австралия теперь оказалась перед выбором. Она может и дальше полагаться на формальное происхождение импортного топлива или установить правила, позволяющие отслеживать сырье, из которого этот продукт был произведен.
Второй вариант значительно сложнее для бизнеса и государственного контроля. Но именно он способен превратить санкции в реальный экономический инструмент, а не в набор правил, которые легко обойти через посредника.
История с российской нефтью демонстрирует главную слабость санкций в глобальной экономике: запрет на прямую покупку еще не означает прекращение торговли.
Пока существуют страны, готовые покупать сырье, перерабатывать его и продавать готовый продукт дальше, российская нефть может продолжать приносить деньги.
Именно поэтому рекомендации австралийского парламентского комитета могут стать важным сигналом для других государств. Если санкционная коалиция действительно стремится сократить нефтяные доходы РФ, бороться придется не только с прямыми поставками, но и с целой сетью посредников, переработчиков и торговых маршрутов, которые позволяют российской нефти возвращаться на мировой рынок.
Иначе санкции будут оставаться громкими на бумаге, но значительно менее болезненными для российской экономики, чем могли бы быть.
