Российский топливный рынок вновь оказался под серьезным давлением. После короткого периода относительной стабилизации в стране началась новая волна дефицита бензина, причем на этот раз проблемы все заметнее проявляются не только в отдаленных регионах, но и в Москве и Московской области.
Одной из ключевых причин происходящего стали систематические удары Украины по российской нефтеперерабатывающей инфраструктуре. С начала августа украинские силы как минимум 21 раз атаковали российские нефтеперерабатывающие заводы. По данным Bloomberg, это рекордный показатель за один месяц.
Масштаб атак важен не только из-за количества инцидентов. Под ударами оказываются предприятия, играющие критическую роль в переработке нефти и поставках готового топлива на внутренний рынок РФ. Когда такие объекты вынуждены снижать мощности или временно останавливать часть процессов, последствия быстро распространяются далеко за пределы самого предприятия.
И именно это сейчас все заметнее происходит в России.
После короткой паузы топливный кризис вернулся
Во второй половине июля ситуация на российском топливном рынке несколько улучшилась. Удары по нефтеперерабатывающей инфраструктуре на некоторое время прекратились, а поставки бензина стабилизировались.
Для российских властей это могло выглядеть как возможность перевести дух и восстановить нарушенные цепочки снабжения.
Однако пауза оказалась недолгой.
После возобновления ударов по НПЗ проблемы вновь начали накапливаться. И на этот раз ситуация оказалась особенно показательной: дефицит начал проявляться даже в Москве — крупнейшем и традиционно лучше всего обеспеченном топливом регионе страны.
По словам местных жителей, очереди из 30-50 автомобилей возле автозаправочных станций в столице уже перестали восприниматься как нечто необычное.
Для страны, которая остается одним из крупнейших мировых производителей нефти, само появление таких очередей имеет особое символическое значение.
Россия может добывать огромные объемы сырой нефти, однако между добычей ресурса и его использованием автомобилистом существует целая цепочка: транспортировка, переработка, хранение, логистика и доставка на АЗС.
Если ломается одно из ключевых звеньев, наличие больших объемов нефти само по себе не гарантирует достаточного количества бензина на заправках.
От Балтики до Сибири
Проблема уже не ограничивается столичным регионом.
По сообщениям, в десятках российских регионов вводятся различные формы нормирования продаж топлива. Где-то водителям устанавливают ограничения на объем бензина, который можно приобрести за один визит на АЗС, а где-то проблема решается фактическим отсутствием топлива на отдельных станциях.
География дефицита впечатляет. Сигналы о проблемах поступают от территорий у Балтийского моря до районов в глубине Сибири.
Особенно показательны истории, которые начинают появляться в повседневной жизни. Например, один из глэмпингов возле Черного моря сообщил в социальных сетях, что выдает своим гостям канистру бензина.
На первый взгляд это может показаться курьезом. Но на самом деле такие случаи хорошо демонстрируют, насколько нестандартной стала ситуация. Топливо, которое еще недавно воспринималось как обычный и доступный товар, постепенно превращается в ресурс, который приходится экономить и распределять.
Цена уже не гарантирует наличие
Еще один важный симптом кризиса — разрыв в ценах между разными сетями АЗС.
Несмотря на дефицит, водители не всегда готовы платить около 100 рублей за литр бензина или даже больше. Именно такие цены могут появляться на независимых автозаправках, которые не имеют собственной мощной нефтеперерабатывающей базы и вынуждены закупать топливо через посредников.
При этом на заправках крупных нефтяных компаний, которые располагают собственными НПЗ и более прямыми каналами доступа к топливу, цены остаются ниже — менее 80 рублей за литр.
Таким образом, российский топливный рынок все больше разделяется на несколько уровней.
Для одних водителей бензин все еще доступен по относительно привычной цене. Другим приходится стоять в огромных очередях. Третьи могут увидеть на АЗС пустую колонку или столкнуться с ценой, которую они просто не готовы платить.
И это создает крайне неприятную для властей ситуацию: дефицит перестает быть абстрактной экономической проблемой и становится частью повседневной жизни миллионов людей.
Четыре крупнейших НПЗ под ударами
Особое значение имеет то, какие именно предприятия оказались под ударом.
В этом месяце Украина нанесла удары по четырем из десяти крупнейших российских НПЗ. Речь идет о предприятиях, которые десятилетиями создавались с расчетом на стабильное обеспечение топливом наиболее населенных и промышленно развитых регионов РФ.
Это означает, что последствия атак не обязательно ограничиваются территорией вокруг конкретного завода.
Остановка или снижение производства на крупном НПЗ может заставить компании перенаправлять потоки бензина из других регионов. Это увеличивает нагрузку на транспортную систему, сокращает доступные резервы и создает дополнительное давление на цены.
В нормальных условиях нефтяная отрасль способна компенсировать локальные перебои за счет запасов или перенаправления поставок. Но если одновременно проблемы возникают на нескольких крупных предприятиях, пространство для маневра становится значительно меньше.
Именно поэтому регулярность атак может иметь не меньшее значение, чем масштаб повреждений отдельного завода.
Для Кремля это уже не просто проблема бензина
Топливный кризис имеет гораздо более широкие последствия, чем неудобства для автомобилистов.
Бензин необходим для работы транспортной системы, сельского хозяйства, строительства, малого бизнеса и огромного количества предприятий. Подорожание или физический дефицит топлива неизбежно увеличивает расходы на перевозку товаров.
А это означает потенциальный рост цен и в других секторах.
Если грузовик тратит больше денег на топливо, дорожает доставка. Если дорожает доставка, увеличивается себестоимость продукции. Если предприятия перекладывают эти расходы на потребителя, растут цены в магазинах.
Таким образом, проблема на НПЗ постепенно может превратиться в проблему для всей экономики.
Еще один риск — необходимость увеличивать импорт топлива или перераспределять его между регионами. Это особенно сложно для огромной страны с колоссальными расстояниями.
России приходится фактически балансировать между регионами, решая, кому отдать доступное топливо в первую очередь.
Авиационный керосин также бьет рекорды
На фоне бензинового кризиса проблемы наблюдаются и в других сегментах российского топливного рынка.
Ранее сообщалось, что цена авиационного топлива на Санкт-Петербургской бирже в РФ установила новый исторический максимум, превысив 120 тысяч рублей за тонну.
Это еще один сигнал того, что проблемы нефтеперерабатывающей отрасли выходят далеко за пределы автомобильного бензина.
НПЗ производят широкий спектр нефтепродуктов, поэтому нарушения их работы могут одновременно влиять на поставки различных видов топлива.
В результате перед российскими властями возникает сложная задача: одновременно обеспечивать внутренний рынок, поддерживать транспортную систему, не допустить резкого скачка цен и при этом компенсировать потери нефтеперерабатывающих мощностей.
Почему вторая волна может оказаться болезненнее
Наиболее опасным для России фактором сейчас является не сам факт возникновения дефицита, а его повторение.
Первую волну проблем удалось частично ослабить благодаря времени для восстановления поставок и стабилизации работы предприятий. Но если удары продолжаются после короткой паузы, система получает значительно меньше времени на восстановление.
Это похоже на ситуацию, когда экономика пытается наполнить резервуар, но одновременно в нем снова открываются новые отверстия.
Чем дольше продолжается такая ситуация, тем сложнее поддерживать нормальный уровень запасов.
Именно поэтому августовские удары имеют особое значение. Их рекордность заключается не только в количестве атак, но и в том, что они происходят после предыдущего периода напряжения топливной системы.
Для российских властей это означает необходимость постоянно тушить новые проблемы вместо того, чтобы просто восстановить стабильность.
Последствия могут выйти далеко за пределы АЗС
Пока говорить о полном топливном коллапсе в России было бы преждевременно. Страна располагает значительными нефтяными ресурсами, запасами и возможностями для внутреннего перераспределения топлива.
Но одновременно все очевиднее становится, что ее топливная система больше не настолько защищена от внешнего воздействия, как это могло казаться раньше.
Рекордные удары по НПЗ постепенно создают накопительный эффект. Сначала проблему замечают на отдельных АЗС. Затем появляются очереди. Далее вводятся ограничения на продажу. После этого начинают расти цены на альтернативных каналах поставок.
И только потом экономическая проблема может превратиться в политическую.
Именно поэтому для Кремля нынешняя ситуация гораздо серьезнее, чем просто временный дефицит бензина в нескольких регионах.
Если удары по нефтеперерабатывающей инфраструктуре продолжатся, российским властям придется все больше ресурсов направлять на поддержание внутреннего топливного баланса. Это может означать перенаправление запасов, увеличение импорта, ограничения экспорта, административное регулирование цен и другие чрезвычайные меры.
А для обычных россиян последствие будет гораздо проще и понятнее: бензин, который они привыкли воспринимать как обычный товар, может стать дефицитным, дорогим и труднодоступным.
И именно этот момент может оказаться самым болезненным.
Потому что пока война существует далеко от многих российских городов как телевизионная картинка, пустая колонка на АЗС, многокилометровая очередь или цена почти 100 рублей за литр — это уже проблема, которую невозможно просто выключить сменой канала.
