В Европе все громче говорят о том, что противостояние с Россией постепенно выходит за пределы непосредственно военных действий в Украине. В последние недели страны НАТО фиксируют все больше инцидентов, которые западные политики и эксперты связывают с усилением гибридной активности Москвы. Речь идет о провокациях, диверсионных угрозах, подозрительных беспилотниках и других действиях, способных создать напряжение внутри европейских государств.
Министр иностранных дел Швеции Мария Малмер Стенергард заявила, что Россия в последнее время стала действовать более агрессивно и отчаянно. По ее словам, Москва пытается проверить, насколько прочной остается единство стран Европы и Североатлантического альянса.
Стенергард дала комментарий в интервью Euronews, реагируя на сообщения о росте гибридной активности в разных частях Европы.
"Мы видим более отчаянную Россию… Россия теряет территории, теряет влияние, теряет людей, и теперь они, очевидно, еще отчаяннее испытывают нас и испытывают наше единство", – заявила глава шведского внешнеполитического ведомства.
По ее словам, европейские страны за последнее время столкнулись с целой серией различных инцидентов. При этом Стенергард подчеркнула, что государства НАТО демонстрируют единую реакцию на возникающие угрозы.
Что происходит в Европе
Одним из наиболее серьезных эпизодов, о котором сейчас говорят европейские СМИ, стал случай в Германии. В начале августа в аэропорту Лейпцига был обнаружен беспилотник с взрывчатым веществом.
Инцидент вызвал серьезную обеспокоенность, поскольку аэропорты, транспортная инфраструктура и другие стратегические объекты являются потенциально уязвимыми целями в условиях гибридного противостояния.
Как сообщал Euronews, канцлер Германии Фридрих Мерц должен объявить об официальных обвинениях Кремля в связи с этим инцидентом. Если Берлин действительно возложит ответственность за произошедшее на Россию, это станет важным политическим шагом.
Подобное решение будет иметь значение не только для Германии. Официальное обвинение со стороны одной из крупнейших стран ЕС может стать сигналом для других европейских государств, которые также сталкиваются с подозрительными инцидентами и попытками вмешательства.
При этом сама по себе серия подобных случаев создает для Европы крайне сложную ситуацию. Гибридные атаки отличаются от классической войны тем, что далеко не всегда позволяют быстро и однозначно установить организатора. Именно поэтому правительства вынуждены одновременно реагировать на угрозы и тщательно собирать доказательства, чтобы не допустить необоснованной эскалации.
Главная цель – единство Европы
Стенергард фактически обозначила один из главных рисков, который сейчас обсуждается в европейских столицах. Речь идет не только о конкретных диверсиях или отдельных провокациях, а о способности стран Запада сохранять общую позицию.
Для России раскол между европейскими государствами или между Европой и США потенциально означал бы ослабление поддержки Украины и снижение способности НАТО действовать как единый блок.
Именно поэтому в Стокгольме считают европейское единство одним из важнейших факторов сдерживания Москвы.
"Последнее время мы наблюдаем много инцидентов и видели единую реакцию со стороны НАТО", – отметила шведский министр.
Однако сама необходимость постоянно демонстрировать единство свидетельствует о том, насколько серьезной стала проблема.
Гибридное противостояние позволяет оказывать давление на государства, не объявляя им войну. Кибератаки, дезинформация, диверсии, вмешательство в работу инфраструктуры, подозрительные перемещения беспилотников и другие подобные действия могут использоваться для того, чтобы заставить общества нервничать и заставить правительства тратить ресурсы на дополнительные меры безопасности.
При этом любое отдельное происшествие можно попытаться представить как случайность. Но если количество таких эпизодов растет, европейским государствам приходится рассматривать их уже как часть более широкой картины.
Швеция требует решения по замороженным российским активам
На фоне разговоров об усилении гибридной активности Стокгольм продолжает выступать за использование замороженных российских государственных активов для поддержки Украины.
Большая часть этих средств хранится в бельгийском финансовом депозитарии Euroclear. Вопрос об использовании активов остается одним из наиболее спорных в отношениях внутри Европейского союза.
Швеция, Испания, Португалия и Нидерланды хотят вернуться к обсуждению этого механизма. При этом европейские правительства понимают, что Бельгия опасается возможных юридических и финансовых последствий.
Бельгийский премьер-министр Барт де Вевер ранее требовал предоставить его стране практически неограниченные гарантии, прежде чем соглашаться на использование российских средств.
Причина позиции Брюсселя заключается в том, что именно бельгийская финансовая инфраструктура окажется в центре потенциальных рисков, связанных с замороженными активами.
Стенергард считает, что Европа не может бесконечно откладывать этот вопрос.
"Мы не можем оставаться в том же положении, в котором были до Рождества… Мы должны двигаться дальше, потому что это справедливо по отношению к Украине, это справедливо по отношению к налогоплательщикам", – заявила она.
По мнению шведской стороны, решение должно одновременно обеспечить Украине необходимую финансовую поддержку и защитить государства ЕС от чрезмерных рисков.
Почему в Европе опасаются дальнейшей эскалации
На фоне последних событий все чаще обсуждается вопрос о том, может ли гибридное противостояние перерасти в прямую конфронтацию между Россией и НАТО.
Ранее эксперты, которых цитировало CBC, указывали на увеличение числа провокаций против стран Альянса с начала лета. По их мнению, одна из целей Москвы может заключаться в том, чтобы политически ослабить западную поддержку Украины.
Логика такого подхода заключается в том, что устойчивость Украины напрямую связана с готовностью европейских государств продолжать предоставлять ей военную, финансовую и политическую помощь. Если между союзниками возникнут серьезные разногласия, это может повлиять и на способность Киева продолжать сопротивление.
Поэтому давление на отдельные европейские страны может иметь более широкую стратегическую цель – не обязательно нанести им прямой ущерб, а создать ощущение постоянной нестабильности.
Еще более серьезным последствием может стать ошибка в оценке намерений другой стороны.
The Telegraph ранее сообщала о риске того, что российская кампания диверсий и гибридных атак в Европе способна привести к опасному просчету. Если в результате подобного инцидента погибнут люди или будет нанесен значительный ущерб инфраструктуре страны НАТО, политическое давление на правительства потребует жесткого ответа.
В такой ситуации существует риск, что последовательность небольших инцидентов постепенно приведет к крупному международному кризису.
Прямого столкновения пока стараются избежать
При этом западные разведывательные оценки, на которые ссылались британские СМИ, указывают на то, что Москва не обязательно стремится к прямой войне с НАТО.
Гораздо удобнее для Кремля может быть сохранение ситуации ниже порога открытого вооруженного конфликта. Гибридные методы позволяют оказывать давление, проверять реакцию отдельных государств и одновременно отрицать непосредственное участие в происходящем.
Для НАТО это создает принципиально сложную проблему.
Если на каждый подозрительный инцидент отвечать максимально жестко, существует риск неконтролируемого повышения напряженности. Но если реагировать слишком осторожно, противник может решить, что подобные действия практически не имеют последствий.
Именно поэтому европейские правительства пытаются найти баланс между сдерживанием и предотвращением прямой эскалации.
Европа готовится обсуждать безопасность
Дополнительное значение в этой ситуации приобретает предстоящая встреча министров иностранных дел стран ЕС в Ирландии. К европейским коллегам должны присоединиться представители Украины, Великобритании и Канады.
Главной темой встречи станет европейская и трансатлантическая безопасность.
Фактически европейским государствам предстоит обсуждать сразу несколько связанных между собой вопросов: дальнейшую поддержку Украины, противодействие гибридным угрозам, защиту критической инфраструктуры, устойчивость НАТО и возможные способы усиления давления на Москву.
Для Швеции все эти вопросы напрямую связаны между собой.
Стокгольм исходит из того, что безопасность Европы невозможно отделить от способности Украины продолжать сопротивление. Чем дольше сохраняется война и чем больше ресурсов Россия направляет на производство вооружений и проведение атак, тем выше нагрузка на европейскую систему безопасности.
При этом сама Швеция после вступления в НАТО рассматривает коллективную оборону Альянса как один из центральных элементов своей безопасности.
Что означает новая стратегия Москвы для Европы
Главная опасность нынешней ситуации заключается в том, что гибридная война постепенно становится частью повседневной жизни европейцев.
Еще несколько лет назад сообщения о подозрительных беспилотниках, диверсиях, вмешательстве в инфраструктуру или попытках дестабилизации могли восприниматься как отдельные чрезвычайные происшествия. Сегодня правительства европейских стран рассматривают подобные случаи в значительно более широком контексте.
Это меняет саму природу противостояния.
Теперь речь идет не только о танках, ракетах или самолетах. Государства должны защищать энергетические объекты, транспортные узлы, аэропорты, коммуникации, государственные учреждения и информационное пространство.
И одновременно им необходимо сохранять спокойствие общества.
Именно последнее может стать одной из наиболее сложных задач. Если граждане начнут воспринимать каждое подозрительное происшествие как предвестник большой войны, это само по себе будет усиливать давление на правительства.
Поэтому заявление Стенергард о "проверке единства" имеет гораздо более глубокий смысл. Речь идет о способности европейских стран сохранять взаимное доверие тогда, когда давление возрастает, а граница между миром и конфликтом становится все менее очевидной.
Европа фактически оказалась перед выбором: либо продолжать укреплять совместную систему безопасности и демонстрировать готовность отвечать на гибридные угрозы сообща, либо позволить отдельным инцидентам постепенно превращаться в источник внутренних разногласий.
Именно поэтому в Стокгольме настаивают на единой реакции НАТО. Чем более согласованно будут действовать европейские государства, тем сложнее будет использовать отдельные провокации для политического давления и раскола союзников.
Пока страны НАТО стараются удерживать ситуацию под контролем. Но чем активнее становится гибридное противостояние, тем выше цена ошибки. И именно это сегодня заставляет европейские столицы относиться даже к небольшим инцидентам с гораздо большей серьезностью.
