Европа оказалась перед непростым выбором, который еще несколько лет назад казался почти немыслимым. С одной стороны, государства ЕС хотят получить больший контроль над критически важной цифровой инфраструктурой и перестать зависеть от иностранных поставщиков. С другой — именно американские технологические компании сегодня обеспечивают значительную часть цифрового фундамента, на котором уже работают современные европейские оборонные системы.
На фоне роста военных угроз и масштабного перевооружения стран Европы этот вопрос приобретает особую остроту. Если континент действительно начнет вытеснять американские технологии из наиболее чувствительных государственных и военных систем, ему придется ответить на главный вопрос: готова ли Европа заменить их собственными решениями — и способна ли сделать это достаточно быстро, не создав при этом новые уязвимости?
Как пишет Financial Times, представители европейской оборонной отрасли уже предупреждают о возможных последствиях слишком жесткого курса на технологическую независимость.
Их опасения сводятся к парадоксу: стремление стать более независимыми может на определенном этапе сделать Европу менее защищенной.
Брюссель хочет взять цифровой суверенитет под контроль
Европейская комиссия предложила новый законодательный подход, связанный с использованием облачных технологий и искусственного интеллекта в государственном секторе. Его задача — определить, насколько чувствительной является конкретная цифровая услуга, и в зависимости от этого установить требования к уровню технологического суверенитета.
Наиболее строгие правила должны распространяться на критически важные системы. Для них предполагается использование преимущественно отечественных технологий и решений, которые находятся под контролем европейских государств.
Логика Брюсселя вполне понятна.
Если стратегическая система зависит от компании, зарегистрированной за пределами Европы, возникает вопрос: что произойдет в случае политического конфликта, санкций, изменения условий обслуживания или ограничения доступа?
В обычной гражданской сфере подобная зависимость может оказаться неприятностью. В сфере обороны последствия потенциально намного серьезнее.
Представить ситуацию, при которой в критический момент европейская страна сталкивается с ограничением доступа к вычислительным мощностям, облачным сервисам или отдельным цифровым функциям, достаточно, чтобы понять, почему политики заговорили о технологическом суверенитете как о вопросе национальной безопасности.
Но проблема заключается в том, что избавиться от зависимости одним законодательным решением невозможно.
Европа уже построила оборонную систему на американском фундаменте
Именно на этом настаивают представители европейской оборонной промышленности.
По данным FT, два высокопоставленных чиновника ЕС в сфере обороны и несколько представителей оборонных компаний считают, что США сегодня значительно опережают Европу в развитии облачных и связанных с искусственным интеллектом оборонных платформ.
Оценки разрыва, которые приводят собеседники издания, достигают 8–10 лет.
Это не просто разница в характеристиках отдельных продуктов. Речь идет о целой технологической экосистеме.
Современная армия все меньше напоминает набор независимых видов вооружений. Самолеты, беспилотники, спутниковые системы, средства разведки, командные центры, системы связи и логистические платформы объединяются в единое цифровое пространство.
И чем больше информации необходимо обрабатывать в режиме, близком к реальному времени, тем выше требования к вычислительной инфраструктуре.
Облако становится частью военной архитектуры.
Именно здесь американские компании уже заняли настолько важные позиции, что их простое исключение может создать эффект домино.
Один из представителей европейской оборонной отрасли фактически описал ситуацию как уже построенный технологический «каркас», который невозможно заменить мгновенно.
И это ключевой аргумент против резкого разрыва.
Почему собственные технологии могут оказаться не лучшим решением прямо сейчас
Идея европейской технологической независимости выглядит привлекательной. Собственные облачные платформы, собственная инфраструктура искусственного интеллекта, европейские центры обработки данных и независимые цифровые системы действительно могли бы снизить стратегические риски.
Однако создание такой экосистемы требует времени.
Нужно не только построить дата-центры. Необходимо разработать программное обеспечение, системы защиты, инструменты анализа данных, специализированные модели искусственного интеллекта, стандарты взаимодействия и механизмы резервирования.
А затем все это нужно интегрировать с уже существующим вооружением.
В противном случае Европа может столкнуться с ситуацией, когда формально она получила технологическую независимость, но фактически стала использовать менее производительные и менее зрелые решения.
Для мирной экономики это можно компенсировать постепенно.
Для обороны такая задержка может стоить гораздо дороже.
Особенно сейчас, когда европейские страны одновременно пытаются увеличить производство вооружений, восполнить запасы и подготовиться к возможным масштабным кризисам безопасности.
Самый болезненный пример — F-35
Одним из наиболее показательных примеров зависимости является американский истребитель F-35.
Европейские государства уже вложили огромные средства в эту программу, а многие страны используют или планируют использовать эти самолеты как важнейшую составляющую своих военно-воздушных сил.
Однако F-35 — это не просто самолет.
Его возможности завязаны на сложную цифровую инфраструктуру, обработку данных, программные системы и облачные технологии.
Именно поэтому возникает практически нерешаемый на короткой дистанции вопрос: что делать, если политическое стремление к технологическому суверенитету вступает в противоречие с уже приобретенными и действующими системами?
Отказаться от F-35 только потому, что часть его цифровой архитектуры связана с американской инфраструктурой, очевидно, никто не собирается.
Но этот пример показывает масштаб проблемы.
Европа не начинает строить свою оборонную цифровую систему с чистого листа. Она уже глубоко интегрирована с американскими технологиями.
И чем современнее вооружение, тем сильнее эта взаимосвязь.
Есть еще одна проблема — НАТО
Технологическая независимость Европы имеет и международное измерение.
Европейские страны являются частью НАТО, а эффективность альянса во многом зависит от способности его участников обмениваться разведывательной информацией, координировать действия и использовать совместимые системы.
Если государства начнут массово переходить на собственные технологические стандарты, несовместимые с американской инфраструктурой, это может создать дополнительные барьеры.
Во время мирного времени подобные проблемы можно решать месяцами или даже годами.
Во время кризиса счет может идти на минуты.
Поэтому некоторые представители оборонного сектора опасаются, что чрезмерно жесткие требования к происхождению технологий могут привести не к усилению, а к ослаблению взаимодействия между европейскими государствами и США.
Для восточного фланга НАТО это особенно чувствительный вопрос.
Там необходимость быстро получать информацию, координировать действия и поддерживать совместимость вооруженных сил является не теоретической задачей, а одним из центральных элементов безопасности.
Европа боится не только США, но и самой зависимости
При этом было бы ошибкой воспринимать европейские опасения исключительно как попытку сохранить американские технологии.
У ЕС есть вполне рациональная причина стремиться к независимости.
Любая критическая инфраструктура, которую государство не способно полностью контролировать, создает потенциальную точку давления.
Министр иностранных дел Финляндии Элина Валтонен ранее предупреждала именно о таком сценарии. Вопрос заключается не в том, может ли иностранный поставщик сознательно отключить систему, а в том, способна ли страна гарантировать непрерывную работу критически важных вычислительных мощностей в любой чрезвычайной ситуации.
Именно поэтому в Европе все чаще говорят не о необходимости производить абсолютно каждый элемент самостоятельно, а о том, чтобы ни один внешний компонент не мог стать единственной точкой отказа.
Это гораздо более практичный подход.
Полная независимость практически недостижима. А вот создание резервных механизмов и нескольких надежных источников поставок — вполне реалистичная задача.
Даже европейская альтернатива может оказаться уязвимой
Особенно интересным является замечание одного из европейских дипломатов, который считает самый высокий уровень требований фактически нереалистичным.
По его оценке, сегодня ни одна компания — ни американская, ни европейская — не способна полностью соответствовать подобным требованиям.
И в этом заключается фундаментальная проблема идеи абсолютного технологического суверенитета.
Современная цифровая экономика построена на международных цепочках поставок.
Процессоры могут производиться в одной стране, программное обеспечение разрабатываться в другой, облачная инфраструктура находиться в третьей, а конечная система собираться в четвертой.
Попытка полностью исключить иностранные технологии из сложнейших систем может оказаться настолько дорогой и медленной, что сама по себе начнет создавать новые риски.
Вместо зависимости от одной технологической державы Европа рискует получить зависимость от собственной еще не сформированной инфраструктуры.
Восточная Европа смотрит на ситуацию особенно прагматично
По информации FT, наиболее сильное сопротивление слишком жестким требованиям к технологическому суверенитету ожидается со стороны ряда восточноевропейских и скандинавских государств.
Причины очевидны.
Для стран, которые находятся ближе к потенциальной зоне военной угрозы, вопрос эффективности вооруженных сил зачастую важнее символической технологической автономии.
Если американская система сегодня работает лучше, быстрее и надежнее европейского аналога, возникает естественный вопрос: имеет ли смысл отказываться от нее прямо сейчас?
Особенно если речь идет о средствах, от которых зависит способность государства защищать воздушное пространство, обмениваться разведывательной информацией или управлять современными вооруженными силами.
Такой подход не означает отказа от европейской независимости.
Скорее речь идет о другом приоритете: сначала создать полноценную альтернативу, а уже затем постепенно снижать зависимость.
Главная битва может пройти не за танки и самолеты
История с американскими облачными технологиями показывает, насколько сильно изменилась сама природа обороны.
В прошлом технологическая независимость прежде всего ассоциировалась с производством самолетов, кораблей, ракет, бронетехники и боеприпасов.
Сегодня этого уже недостаточно.
Страна может иметь собственные истребители, но зависеть от иностранного программного обеспечения.
Может производить ракеты, но использовать зарубежную спутниковую инфраструктуру.
Может создавать беспилотники, но опираться на иностранные процессоры, камеры, облачные вычисления или системы искусственного интеллекта.
В результате вопрос о национальной безопасности постепенно перемещается внутрь цифрового пространства.
Кто контролирует вычисления, данные и программную инфраструктуру, тот получает влияние на значительную часть современной военной системы.
Именно поэтому Европа оказалась перед чрезвычайно сложной задачей.
Ей необходимо одновременно сохранить совместимость с союзниками, получить доступ к передовым технологиям и постепенно создавать собственную технологическую базу.
Разрыв между независимостью и эффективностью
В конечном счете спор вокруг американских технологий — это не простое противостояние «Европа против США».
Это конфликт двух стратегических приоритетов.
Первый — максимальная технологическая независимость. Европа хочет, чтобы критические системы находились под контролем европейских государств и не зависели от политической воли внешних поставщиков.
Второй — максимальная эффективность здесь и сейчас. Европейским армиям нужны лучшие доступные технологии, особенно в период масштабного перевооружения.
И эти цели пока не всегда совпадают.
Если Брюссель потребует немедленного отказа от американских решений, которые уже встроены в оборонную инфраструктуру, переход может оказаться болезненным и создать временное технологическое отставание.
Если же Европа вообще ничего не изменит, зависимость от американских компаний сохранится и в будущем может превратиться в стратегическую уязвимость.
Поэтому наиболее реалистичным выглядит не резкий разрыв, а постепенное создание альтернатив, резервных каналов и европейских компетенций.
В конечном счете Европе предстоит решить гораздо более сложную задачу, чем просто заменить Google, Amazon или Microsoft собственными компаниями.
Ей необходимо построить такую цифровую оборонную архитектуру, которая одновременно будет достаточно независимой, достаточно современной и полностью совместимой с союзниками.
И именно от того, насколько удачно будет найден этот баланс, может зависеть не только технологическое будущее Европы, но и ее способность самостоятельно защищать себя в условиях нового этапа глобального противостояния.
