Во Львовской области возникла ситуация, которая может иметь последствия не только для энергетики и работы одного предприятия, но и для экологической безопасности региона. «Бориславская нефтяная компания» заявила, что после введения санкций была вынуждена остановить добычу на Стинавском месторождении, а вместе с этим — в нештатном режиме остановить все фонтанные скважины.
Компания утверждает, что проблема заключается не только в потере добычи нефти и газа. По ее словам, месторождение расположено в зоне санитарной охраны Стрыйского водозабора — объекта, который обеспечивает питьевой водой сразу несколько городов Львовской области.
Именно поэтому предприятие обратилось к президенту Украины, премьер-министру, Совету национальной безопасности и обороны, Госгеонедрам и областным властям с просьбой пересмотреть санкционные ограничения в той части, которая, по утверждению компании, делает невозможными безопасную эксплуатацию и консервацию скважин.
Речь идет о ситуации, когда решение, направленное на ограничение деятельности предприятия, потенциально может создать новый риск — уже техногенного и экологического характера.
Что произошло со Стинавским месторождением
ООО «СП «БНК» работает в Украине с 1996 года. Компания около трех десятилетий занимается добычей нефти и природного газа на Стинавском месторождении.
Предприятие осуществляет деятельность на основании специального разрешения на пользование недрами №1211, выданного 20 января 1998 года. По данным компании, срок действия этого разрешения продлен до 2038 года.
Однако 4 августа 2026 года предприятие сообщило, что узнало о применении к нему санкций. Речь идет о решении Совета национальной безопасности и обороны от 2 июля, которое было введено в действие указом президента Украины от 3 августа 2026 года №704/2026.
По заявлению компании, к ней применено 16 видов персональных специальных экономических и других ограничительных мер.
Последствия, по словам БНК, проявились практически сразу.
Предприятие заявило о вынужденном прекращении добычи углеводородов и нештатной остановке всех фонтанных скважин на месторождении.
Для обычного производства остановка оборудования может означать временное прекращение работы. Однако в случае старых нефтяных и газовых скважин ситуация значительно сложнее.
Именно это и стало основой обращения компании к государственным органам.
Почему остановка скважин вызывает опасения
По словам представителей БНК, остановка скважин не является полноценной консервацией месторождения.
Компания подчеркивает, что для безопасного вывода старых скважин из эксплуатации необходимо провести комплекс специальных работ. Для этого требуются соответствующий проект, согласования, специализированные подрядчики, оборудование и финансирование.
Проблема заключается в том, что санкции, согласно утверждению предприятия, одновременно ограничили возможность проводить расчеты и привлекать необходимых исполнителей.
БНК утверждает, что после остановки скважин давление в них продолжает меняться. Предприятие опасается, что длительное нахождение старого фонда в таком состоянии может создать дополнительные технические риски.
Компания прямо заявляет о возможности нарушения герметичности скважин и миграции углеводородов в водоносные горизонты.
При этом важно подчеркнуть: это именно позиция и оценка рисков, озвученная предприятием. Окончательную оценку потенциальной техногенной или экологической угрозы должны дать компетентные государственные органы и независимые специалисты.
Именно поэтому БНК сообщила о ситуации органам гражданской защиты, экологического контроля и Львовской областной администрации.
Наибольшую тревогу вызывает вода
Самая громкая часть заявления компании касается не самой нефтедобычи, а водоснабжения.
Скважины Стинавского месторождения эксплуатируются фонтанным способом с 1967 года. По данным БНК, над продуктивными залежами расположены водоносные горизонты.
При этом значительная часть месторождения находится в пределах второго и третьего поясов зоны санитарной охраны Стрыйского водозабора.
Этот водозабор имеет эксплуатационные запасы на уровне около 210 тысяч кубометров воды в сутки.
Его значение для Львовской области трудно переоценить. Вода из соответствующей системы используется для обеспечения жителей Львова, Стрыя, Моршина, Дрогобыча, Трускавца и Стебника.
Именно поэтому потенциальный риск загрязнения водоносных горизонтов имеет значение для гораздо большего количества людей, чем сотрудники самого предприятия.
Если опасения компании подтвердятся, последствия могут касаться уже не только энергетической отрасли, но и одного из важнейших ресурсов региона — питьевой воды.
При этом сейчас нет оснований утверждать, что загрязнение воды уже произошло. Заявление БНК говорит именно о потенциальной угрозе, которую предприятие связывает с вынужденной остановкой скважин.
«Укрнафта» и оператор ГТС прекратили сотрудничество
Ситуацию дополнительно осложнило прекращение работы ключевых технологических контрагентов.
По данным БНК, после вступления санкций в силу АО «Укрнафта» расторгло семь договоров производственной кооперации.
Кроме того, была закрыта центральная задвижка на приеме продукции промысла и опломбирована запорная арматура на газопроводе.
ООО «Оператор ГТС Украины», согласно заявлению предприятия, также остановило транспортировку газа БНК.
Для месторождения это стало критическим фактором, поскольку система сбора продукции технологически связана с объектами «Укрнафты». Собственных мощностей для длительного хранения продукции предприятие, по его словам, не имеет.
В результате компания заявила, что была вынуждена остановить все фонтанные скважины.
То есть речь идет не просто о решении менеджмента временно прекратить производство. По версии БНК, предприятие фактически потеряло возможность полноценно управлять технологическим циклом из-за прекращения работы ключевых партнеров.
Предприятие заявляет о заблокированных счетах
Еще одним последствием санкций компания называет блокировку банковских счетов.
По данным БНК, из-за этого возникли проблемы с выплатой заработной платы сотрудникам. Предприятие сообщает, что средства на оплату труда остались на корреспондентском счете банка.
Всего в компании работают 59 человек.
При этом проблема, по утверждению предприятия, выходит далеко за рамки выплаты зарплат. Из-за прекращения поставок топлива остановился технологический транспорт, необходимый для контроля состояния скважин и инфраструктуры.
А регулярный мониторинг имеет критическое значение после нештатной остановки старого фонда.
БНК заявляет, что продолжает контролировать давление на устьях скважин и привела в готовность аварийные планы. Однако для длительного выполнения этих мероприятий необходимы деньги, оборудование, топливо и специалисты.
Если санкции блокируют возможность привлекать необходимые ресурсы, возникает вопрос: каким образом предприятие должно гарантировать безопасное состояние объектов, которые оно больше не может полноценно эксплуатировать?
Именно на это компания пытается обратить внимание государства.
БНК оспаривает обоснованность санкций
В своем заявлении предприятие также поставило под сомнение основания для введения санкций.
В БНК утверждают, что санкционное решение не содержит мотивов и ссылок на конкретные факты, которые стали причиной применения ограничений.
Компания подчеркивает, что около 30 лет работала открыто и имела действующее специальное разрешение на пользование недрами.
Отдельно в заявлении упоминается структура собственности.
25,1% в уставном капитале БНК, по данным предприятия, принадлежит АО «Укрнафта». Компания также заявляет, что среди других владельцев нет лиц, связанных с Россией или Беларусью.
БНК утверждает, что прошла государственную процедуру оценки воздействия на окружающую среду, входит в перечень добросовестных крупных налогоплательщиков и за годы полномасштабной войны уплатила более миллиарда гривен налогов, сборов и единого взноса.
Также предприятие заявляет о помощи Вооруженным силам Украины.
По утверждению компании, ни одним судебным решением противоправность ее деятельности или деятельности должностных лиц не устанавливалась.
БНК также сообщает, что до 2 июля 2026 года не получала запросов от Службы безопасности Украины и не знала о каких-либо уголовных производствах, которые могли бы касаться ее деятельности.
Эти утверждения компании требуют отдельной проверки государственными органами и сами по себе не означают автоматической отмены санкций. Однако именно на них БНК опирается, аргументируя необходимость пересмотра решения.
Сколько нефти и газа может потерять Украина
Санкции могут иметь последствия не только для самого месторождения.
По данным БНК, в первом полугодии 2026 года предприятие в среднем добывало около 43 тонн нефти и 68 тысяч кубометров природного газа в сутки.
Это не самые большие объемы на фоне всего украинского энергетического сектора, однако в условиях войны и накануне отопительного сезона каждый источник внутренней добычи приобретает дополнительное значение.
Компания также сообщает, что ежедневно перечисляла в бюджеты более 1,5 миллиона гривен.
Таким образом, остановка предприятия потенциально означает одновременно потерю части внутренней добычи, налоговых поступлений и рабочих мест.
При этом государство, принимая санкционные решения, исходит из соображений национальной безопасности. Поэтому ключевой вопрос заключается не только в экономических потерях, но и в том, существуют ли основания считать деятельность конкретного предприятия угрозой для государства.
Именно этого баланса между санкционной политикой и безопасностью промышленной инфраструктуры сегодня требует ситуация вокруг БНК.
Компания обратилась к президенту
Предприятие уже направило ряд официальных обращений.
Президенту Украины, как председателю СНБО, БНК предложила вынести вопрос о пересмотре санкций на ближайшее заседание Совета.
Премьер-министру Украины компания направила обращение с просьбой инициировать изменения в решении в той части, которая блокирует производственно-сбытовой цикл.
Отдельно БНК обратилась в Госгеонедра относительно порядка реализации санкций и возможности предусмотреть переходный период.
Также предприятие сообщило о ситуации Львовской областной военной администрации, ГСЧС и Государственной экологической инспекции во Львовской области.
Отдельное обращение было направлено в «Укрнафту», которая владеет долей в БНК.
Компания настаивает: ей необходимы время и возможность для того, чтобы безопасно провести необходимые технологические процедуры.
Почему сейчас важна быстрая реакция
Ситуация вокруг Стинавского месторождения демонстрирует сложную проблему, которая может возникнуть при применении санкций к предприятиям с потенциально опасной промышленной инфраструктурой.
С одной стороны, государство имеет право применять санкции, если считает деятельность компании угрозой национальной безопасности.
С другой — промышленные объекты не всегда можно просто отключить одним решением.
Нефтяные и газовые скважины, особенно старого фонда, требуют контролируемого вывода из эксплуатации. Если производственный цикл прекращается внезапно, государство должно понимать, кто отвечает за дальнейший контроль, кто финансирует необходимые работы и кто имеет доступ к объектам.
Особенно остро этот вопрос возникает тогда, когда месторождение расположено рядом со стратегическим источником питьевой воды.
Поэтому нынешняя ситуация требует не только политических заявлений, но и оперативной технической оценки.
Необходимо установить, существует ли реальный риск для водоносных горизонтов, насколько безопасной является нынешняя остановка скважин, какие работы необходимы для их консервации и позволяют ли действующие санкции выполнить эти работы.
Если риск подтвердится, промедление может сделать проблему значительно сложнее.
Что будет дальше
Пока неизвестно, согласится ли государство пересмотреть санкции в отношении «Бориславской нефтяной компании» или определит другой механизм, который позволит безопасно завершить технологические процессы на месторождении.
Для Львовской области эта история имеет особое значение из-за близости Стинавского месторождения к водозаборной инфраструктуре.
Для государства вопрос значительно шире: речь идет о балансе между санкционной политикой, энергетической безопасностью, бюджетными поступлениями и защитой окружающей среды.
Для самой компании — это вопрос сохранения производства, рабочих мест и возможности контролировать объекты, которые она эксплуатировала десятилетиями.
А для жителей региона главным остается самый простой вопрос: можно ли быть уверенными, что питьевая вода останется защищенной?
Сейчас оснований утверждать, что водоснабжение Львовской области уже находится под непосредственной угрозой, нет. Однако само заявление предприятия о потенциальном риске в районе стратегического водозабора достаточно для того, чтобы ситуация получила максимально быструю и профессиональную оценку.
Ведь в случае с нефтяными и газовыми скважинами время может иметь решающее значение. А когда рядом находятся водоносные горизонты, цена ошибки может измеряться уже не только миллионами гривен или потерянными объемами энергоресурсов, но и безопасностью питьевой воды для сотен тысяч людей.
