Финансовая поддержка Украины со стороны Европейского союза выходит на новый этап. На фоне растущих расходов государственного бюджета европейские институты пытаются получить максимально точное представление о том, сколько средств Киеву понадобится в ближайшей перспективе и какие инструменты позволят закрыть образовавшийся дефицит.
На этом фоне вновь усилилось внимание к российским активам, замороженным в европейской финансовой системе после начала полномасштабной войны. Речь идет об огромных суммах, значительная часть которых находится в инфраструктуре Euroclear в Брюсселе. Уже несколько лет эти средства остаются одним из самых сложных и спорных вопросов европейской политики в отношении Украины.
Брюссель сначала хочет получить точные цифры
Европейская комиссия начала более детально анализировать финансовое положение Украины. Главная задача сейчас — определить реальный масштаб бюджетных потребностей государства и понять, насколько имеющихся механизмов поддержки будет достаточно.
Для европейских чиновников это принципиальный вопрос. Прежде чем принимать новые решения, Брюссель хочет увидеть целостную картину: сколько денег необходимо Украине для поддержания работы государства, финансирования обороны, социальных обязательств и сохранения экономической устойчивости.
В августе Киев сообщил о серьезном финансовом разрыве. По оценкам украинской стороны, до конца года необходимо найти около 27 миллиардов долларов дополнительного финансирования.
При этом ЕС уже согласовал крупный механизм поддержки Украины. Речь идет о займе на 90 миллиардов евро. Такой вариант стал компромиссным решением после того, как идея непосредственного использования замороженных российских активов не получила необходимой поддержки со стороны всех государств Евросоюза.
Теперь европейская дискуссия фактически возвращается к прежнему вопросу: достаточно ли существующих инструментов или необходимо искать более масштабный источник долгосрочного финансирования.
Почему российские деньги снова оказались в центре внимания
Замороженные активы России — это не только вопрос экономики. Их возможное использование связано с серьезными юридическими и политическими последствиями.
После начала полномасштабной войны значительная часть резервов Центрального банка России была заблокирована в западных юрисдикциях. Впоследствии европейские страны согласовали использование доходов от этих активов для поддержки Украины. Однако вопрос непосредственного изъятия самого капитала остается значительно сложнее.
Одним из главных препятствий стали юридические риски. Особое положение занимает Бельгия, поскольку именно на ее территории через Euroclear сосредоточена значительная часть российских средств.
Бельгийская сторона опасается, что в случае реализации спорного механизма именно ей придется столкнуться с возможными судебными и финансовыми последствиями.
На этом фоне в Европарламенте появилась новая инициатива. Более 120 депутатов поддержали предложение центристской группы Renew, предусматривающее создание механизма, при котором хранителем российских активов выступал бы непосредственно Европейский союз.
Идея заключается в том, чтобы перенести значительную часть ответственности с отдельных финансовых организаций на общеевропейский уровень. Теоретически это могло бы снизить риски для Бельгии и создать более устойчивую юридическую конструкцию.
Европейская комиссия уже заявила, что изучает эту инициативу.
Украина становится частью большой финансовой стратегии Европы
Пока Брюссель не готов объявлять о непосредственном использовании российского капитала. Более того, представители Еврокомиссии подчеркивают, что именно замороженные активы сейчас не являются главным приоритетом.
Основное внимание сосредоточено на реализации уже согласованного механизма финансирования объемом 90 миллиардов евро.
Однако отсутствие немедленного решения вовсе не означает, что тема российских средств отложена окончательно. Напротив, оценка финансового дефицита Украины может стать основой для следующего этапа обсуждений.
На этой неделе еврокомиссар по экономике Валдис Домбровскис провел встречи с украинским премьер-министром Сергеем Корецким и директором-распорядителем Международного валютного фонда Кристалиной Георгиевой.
Главной темой стали финансовые перспективы Украины и состояние государственных финансов. В Еврокомиссии после этих переговоров дали понять, что окончательных выводов пока нет.
По словам представителей комиссии, необходимо провести дополнительную экспертную работу, определить реальные потребности Украины и только после этого обсуждать возможные способы их покрытия.
Решение по активам может стать историческим прецедентом
Для Украины проблема заключается далеко не только в получении очередного кредита. Чем дольше продолжается война, тем выше финансовая нагрузка на государство.
Необходимо одновременно обеспечивать оборонные расходы, социальные выплаты, работу государственных учреждений, восстановление поврежденной инфраструктуры и поддержку экономики.
Поэтому вопрос российских активов для Киева имеет сразу несколько измерений. Это потенциальный источник средств, элемент международной ответственности и символический вопрос: страна, которая нанесла Украине огромный ущерб, должна нести финансовые последствия своих действий.
Для Европы ситуация еще сложнее. Возможное решение по российским средствам может создать важнейший международный прецедент и определить границы того, насколько далеко западные государства готовы идти в вопросах использования активов страны, ведущей войну.
Именно поэтому Брюссель действует осторожно. Европейские чиновники должны одновременно учитывать потребности Украины, финансовые риски, международное право и возможную реакцию России.
Пока европейские институты продолжают подсчитывать цифры и анализировать последствия различных сценариев. Но сам факт возвращения российских активов в центр дискуссии показывает важную тенденцию: финансовая поддержка Украины постепенно перестает быть набором временных решений.
Перед Европой все отчетливее возникает вопрос о долгосрочной модели финансирования, и замороженные российские средства в этой конструкции могут сыграть гораздо более значительную роль, чем раньше.
