Китайская армия оказалась в парадоксальной ситуации. Пекин стремительно развивает искусственный интеллект для военного управления, рассчитывая сделать принятие решений быстрее и точнее. Одновременно система политического контроля приводит к сокращению числа опытных командиров, которых сама Народно-освободительная армия Китая считает критически важными.
В результате возникает вопрос: не пытается ли руководство КНР с помощью технологий компенсировать проблемы, которые само же создает внутри военной системы?
Об этом в статье для War on the Rocks пишет профессор международных отношений Университета Аояма в Японии Джехван Лим.
Китайская армия настаивает: последнее слово остается за человеком
В последние годы военная пресса Китая неоднократно подчеркивала важную роль искусственного интеллекта. Машины способны быстро обрабатывать огромные объемы информации, находить закономерности, формировать возможные варианты действий и сокращать промежуток между получением данных и реакцией военных.
Однако китайские военные издания одновременно подчеркивают: окончательное решение должен принимать командир.
Согласно исследованию Лима, количество публикаций, в которых прямо подтверждалось право человека принимать финальное решение, выросло с 45 в 2018 году до 153 в 2025-м.
То есть даже на фоне стремительного развития военного ИИ Пекин формально не отказывается от принципа человеческого контроля.
Проблема заключается в том, что именно опытных людей в системе военного управления становится все меньше.
Чистки ослабляют военное руководство
24 января 2026 года Министерство обороны КНР сообщило о расследовании в отношении заместителя председателя Центральной военной комиссии Чжан Юся и начальника Объединенного штаба Лю Чжэньли.
По словам Лима, после их отстранения среди шести членов Центральной военной комиссии, назначенных Си Цзиньпином в 2022 году, остались только двое — сам китайский лидер и Чжан Шэнмин.
При этом Чжан Шэнмин имеет опыт работы в военной инспекции, но не командовал войсками непосредственно в полевых условиях.
Проблема, как отмечает автор, выходит далеко за пределы высшего военного руководства. После отстранения Мяо Хуа в конце 2025 года Политический рабочий департамент остался под руководством заместителя. В ряде военных округов должности, которые традиционно занимают генералы более высокого ранга, теперь занимают генерал-лейтенанты.
Согласно одной из приведенных оценок, постоянно укомплектована лишь примерно пятая часть ключевых должностей в китайской армии.
Для военной структуры это серьезный вызов. Современные технологии могут помочь проанализировать информацию, однако они не способны автоматически заменить годы командного опыта, интуицию и понимание поведения подчиненных.
Пекин делает ставку на военный ИИ
На этом фоне Китай ускоряет развитие военного искусственного интеллекта.
Согласно исследованию, опубликованному в Foreign Affairs в марте 2026 года, китайские военные уже активно испытывают ИИ в таких сферах, как наведение оружия, кибероперации, подводное наблюдение и принятие военных решений.
Для Пекина это может быть не просто технологической модернизацией. Одно из предположений исследователей заключается в том, что китайское руководство может рассматривать ИИ как способ компенсировать нехватку опытных офицеров.
Именно здесь возникает главная опасность.
Если командир не обладает достаточным опытом, машина действительно может помочь ему быстрее обработать информацию. Но она не обязательно поможет правильно понять ситуацию, особенно если исходные данные неполные или ошибочные.
Самое слабое место ИИ — информация
Искусственный интеллект может работать настолько хорошо, насколько качественными являются данные, которые он получает.
Это особенно важно для армии, где командиры должны получать максимально честную информацию о состоянии войск, уровне подготовки, запасах боеприпасов, техническом состоянии техники и реальных результатах операций.
Китайская военная пресса сама регулярно пишет об опасности искаженных, неполных или сфальсифицированных данных.
Однако, по словам Лима, эти риски практически не связываются с политическими чистками и системой контроля, которая может стимулировать офицеров скрывать реальное положение дел.
Именно здесь может возникнуть замкнутый круг.
Если командир боится наказания за плохие результаты, он может завышать показатели готовности подразделения. Реальные проблемы могут просто не доходить до руководства.
Затем эти искаженные данные получает система искусственного интеллекта.
Она способна проанализировать их за секунды, построить сложные модели и выдать рекомендацию. Но если исходная информация неверна, высокая скорость обработки лишь ускоряет получение ошибочного результата.
Технология может создать иллюзию точности
В этом заключается одна из главных опасностей чрезмерной зависимости от ИИ в военной сфере.
Алгоритмическое решение может выглядеть объективным именно потому, что его сформировала машина. Цифры, графики и сложные расчеты создают ощущение математической точности.
Однако ни одна система не способна самостоятельно определить, насколько правдивыми являются данные, если у нее нет надежного механизма их проверки.
В военном деле такая ошибка может иметь гораздо более серьезные последствия, чем неправильный прогноз в гражданской сфере.
Если ИИ сообщит о высоком уровне готовности подразделения, которого на самом деле нет, командование может принять решение, опираясь на опасную иллюзию контроля над ситуацией.
Ставка Си Цзиньпина
Именно поэтому автор видит в китайской политике своеобразный парадокс.
С одной стороны, Пекин прекрасно понимает, что опытные командиры необходимы для эффективного управления армией. С другой — политические чистки ослабляют кадровую основу военной системы.
На этом фоне искусственный интеллект может превратиться не просто в инструмент модернизации, а в попытку компенсировать последствия кадровых проблем.
Но технология не способна автоматически заменить институты.
ИИ может быстрее считать, сравнивать, моделировать и предлагать варианты. Однако он не может гарантировать, что получил достоверную картину реальности.
Поэтому ставка на искусственный интеллект без параллельного сохранения профессионального военного командования может оказаться опасной.
Лим фактически описывает происходящее как масштабное испытание для Си Цзиньпина: сможет ли технология компенсировать проблемы, возникающие из-за чрезмерного политического контроля над армией.
Если ответ окажется отрицательным, последствия могут быть гораздо серьезнее обычного кадрового кризиса. Ведь армия, которая одновременно теряет опытных командиров и все больше полагается на алгоритмы, рискует получить не более точную систему управления, а более сложную систему ошибок — быстрых, масштабных и убедительно оформленных цифрами.
