В США разгорелись споры вокруг неожиданного решения американского командования свернуть работу специализированного подразделения, занимавшегося применением беспилотников на поле боя. Группа американских законодателей требует от армии объяснить, почему военнослужащих фактически лишают возможности продолжать изучать опыт современной войны, в том числе опыт украинских военных.
Речь идет о Unmanned Assault Battalion — подразделении численностью около 600 человек, входящем в состав 173-й воздушно-десантной бригады и размещенном в Европе. Его создавали как экспериментальную структуру, способную быстрее обычных армейских подразделений осваивать новые технологии и тактики ведения боевых действий.
Особое внимание военнослужащие уделяли беспилотникам. Они самостоятельно собирали дроны, экспериментировали с их применением и отрабатывали тактики, которые Украина уже масштабно использует на поле боя.
Именно этот практический опыт сейчас оказался в центре внимания американских законодателей.
Конгресс требует объяснений
Как сообщает Associated Press, двухпартийная группа американских законодателей направила официальное письмо исполняющему обязанности начальника штаба армии США генералу Кристоферу ЛаНиву и министру армии Дэну Дрисколлу.
Авторы обращения потребовали провести срочный брифинг и объяснить причины решения отказаться от специализации подразделения.
Законодатели выразили серьезную обеспокоенность тем, что ликвидация специализированной структуры может существенно ограничить способность американской армии учиться у союзников, прежде всего у Вооруженных сил Украины.
По их мнению, это также способно затормозить модернизацию американской армии в области беспилотных технологий в тот момент, когда характер современных войн стремительно меняется.
Письмо подписали демократ Джин Шахин, республиканец Том Тиллис, независимый сенатор Ангус Кинг и республиканец Майк Тернер.
Сам факт того, что к вопросу подключились представители обеих партий, показателен. Тема беспилотников в США постепенно перестает быть исключительно вопросом отдельных военных экспериментов и превращается в один из ключевых элементов дискуссии о будущем американской армии.
Почему дроны стали настолько важны
Еще несколько лет назад беспилотники во многих армиях воспринимались преимущественно как вспомогательный инструмент. Они использовались для разведки, наблюдения, корректировки огня и выполнения отдельных специальных задач.
Современная война показала, насколько сильно эта картина изменилась.
Беспилотные аппараты превратились в массовый инструмент ведения боевых действий. Они используются для разведки, наблюдения за позициями, корректировки артиллерии, поражения техники и личного состава, доставки различных грузов и выполнения множества других задач.
При этом особенно важным стало не только наличие самих дронов, но и способность армии постоянно менять способы их применения.
Технологии развиваются настолько быстро, что разработки, считавшиеся передовыми несколько месяцев назад, могут очень быстро устареть. Меняются средства радиоэлектронной борьбы, системы обнаружения, программное обеспечение, способы наведения и защиты от беспилотников.
Именно поэтому американские законодатели считают, что армии нужны подразделения, способные экспериментировать гораздо быстрее традиционной военной структуры.
Украина стала источником уникального боевого опыта
Одним из главных аргументов американских законодателей является возможность учиться у украинских военных.
Война в Украине стала одним из крупнейших в мире испытаний современных беспилотных технологий непосредственно на поле боя. Огромное количество аппаратов используется одновременно, а противоборствующие стороны постоянно ищут новые способы их применения и противодействия им.
Особенность украинского опыта заключается не только в масштабах использования беспилотников. Огромную роль играет скорость адаптации.
Военнослужащие и разработчики вынуждены постоянно реагировать на изменения на фронте. Появление нового средства обнаружения или подавления приводит к поиску новых решений. Изменение тактики одной стороны заставляет другую практически сразу искать ответ.
Для американской армии такой опыт представляет огромную ценность.
Именно поэтому существование специализированного подразделения в Европе имело дополнительный смысл. Военнослужащие находились ближе к европейским союзникам и могли быстрее обмениваться опытом, наблюдать за новыми разработками и анализировать уроки войны.
Теперь эта возможность может существенно сократиться.
Решение приняли после серии кадровых изменений
Ситуация выглядит еще более неоднозначной на фоне последних изменений в руководстве армии США.
В апреле министр обороны США Пит Хегсет отправил в отставку начальника штаба армии генерала Рэнди Джорджа. Джордж неоднократно говорил о необходимости ускорять создание новых беспилотных систем и внедрять их не только в специализированных подразделениях, но и непосредственно в обычных армейских частях.
После этого исполняющим обязанности начальника штаба армии стал Кристофер ЛаНив.
А уже в августе ЛаНив распорядился постепенно свернуть экспериментальную деятельность беспилотного батальона и вернуть подразделение к выполнению традиционных задач воздушно-десантной пехоты.
Вскоре после этого министр армии Дэн Дрисколл, который также выступал за ускоренное внедрение инноваций, ушел в отставку.
Такая последовательность событий вызвала дополнительные вопросы. Если американская армия признает стремительное развитие беспилотной войны одним из важнейших вызовов, почему подразделение, специально созданное для экспериментов в этой области, фактически возвращают к традиционной роли?
Обычные подразделения могут не успевать за технологиями
Американские законодатели считают, что именно здесь находится одна из главных проблем.
Традиционная армейская структура рассчитана на долгосрочное планирование, четкие процедуры и постепенное внедрение новых систем. Такой подход может быть эффективным для многих направлений, однако беспилотная война развивается значительно быстрее.
Новая технология может появиться сегодня, пройти испытания через несколько месяцев, а затем практически сразу столкнуться с новым способом противодействия.
В результате возникает необходимость в структурах, которые способны действовать значительно быстрее бюрократического цикла большой армии.
Unmanned Assault Battalion создавался именно с такой целью.
Военнослужащие могли самостоятельно собирать аппараты, тестировать различные конструкции, менять тактику и быстро анализировать результаты. Подобный подход позволяет не ждать завершения многолетних программ закупок, а экспериментировать непосредственно на уровне подразделения.
Для армии, которая готовится к возможному конфликту с высокотехнологичным противником, такая гибкость может оказаться критически важной.
США рискуют потерять время
Вопрос, который сейчас возникает в американском Конгрессе, выходит далеко за рамки судьбы одного батальона.
Главная проблема заключается в том, сможет ли американская армия достаточно быстро адаптироваться к изменению характера войны.
Военные конфликты будущего могут потребовать совершенно другого сочетания традиционной техники, искусственного интеллекта, беспилотников, средств радиоэлектронной борьбы и автоматизированных систем.
Если развитие этих направлений будет происходить слишком медленно, даже огромные финансовые и технологические ресурсы США не гарантируют мгновенного преимущества.
Американские законодатели фактически предупреждают: нельзя ограничиваться созданием новых технологий. Необходимо одновременно понимать, как именно использовать их на поле боя.
Именно поэтому украинский опыт представляет такую ценность.
Украинские военные получают возможность проверять новые решения в условиях реального боевого противостояния. США, в свою очередь, могут анализировать этот опыт и заранее адаптировать собственные доктрины.
Отказ от специализированных экспериментальных подразделений потенциально означает потерю одного из механизмов такой адаптации.
Вопрос уже касается будущего американской армии
История Unmanned Assault Battalion показывает более серьезную проблему: армии всего мира вынуждены искать баланс между традиционными военными структурами и необходимостью постоянно экспериментировать.
С одной стороны, нельзя полностью отказаться от проверенной системы подготовки и управления войсками. С другой — современная война демонстрирует, что технологическое преимущество может исчезнуть очень быстро, если армия не умеет оперативно адаптироваться.
Именно поэтому американские законодатели хотят получить от военного руководства четкий ответ: почему подразделение, созданное для изучения одной из самых быстро развивающихся областей современной войны, больше не должно заниматься своей основной специализацией.
Пока неизвестно, приведет ли давление Конгресса к пересмотру решения.
Однако сама дискуссия уже показывает, насколько серьезно в США воспринимают уроки войны в Украине. Беспилотники перестали быть экспериментальной технологией будущего — они уже стали одним из центральных элементов современного поля боя.
И теперь перед американской армией стоит вопрос не о том, нужны ли ей дроны. Вопрос гораздо сложнее: насколько быстро она сможет научиться воевать с их помощью и против них.
Именно от ответа на этот вопрос во многом будет зависеть, сможет ли США сохранить технологическое преимущество в будущих конфликтах.
