Вопрос территорий может стать главным камнем преткновения, если Украина, Россия и США вновь вернутся к полноценным переговорам о завершении войны. И особенно остро в этом контексте звучит вопрос Донбасса — территории, которая на протяжении многих лет остается одним из главных центров противостояния.
Глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов в интервью The New York Times рассказал, что лично советовал президенту Владимиру Зеленскому не соглашаться на передачу Донбасса России в рамках возможного мирного соглашения.
Эта позиция важна не только сама по себе. Она показывает, насколько сложным может оказаться выбор украинского руководства, если дипломатический процесс снова выйдет на первый план. Потенциальный мир неизбежно потребует компромиссов, однако далеко не каждый компромисс для Украины будет приемлемым.
Буданов выступил против территориальной уступки
По данным The New York Times, прошлой зимой Кирилл Буданов возглавлял украинскую переговорную группу, которая взаимодействовала с представителями России и США. На тот момент переговорный процесс развивался достаточно активно, однако впоследствии он фактически застопорился.
Теперь, по оценке Буданова, переговоры при участии администрации президента США Дональда Трампа могут возобновиться уже в конце сентября.
Но если дипломатический трек действительно получит вторую жизнь, одним из наиболее тяжелых вопросов станет территория.
Буданов утверждает, что советовал Зеленскому не соглашаться на отказ от Донбасса.
За этой позицией стоит вполне конкретная логика. Передача территории в обмен на прекращение боевых действий означала бы, что Москва получает политический результат, которого ее армия не смогла добиться исключительно военным путем.
Именно это обстоятельство, как отмечает NYT, имеет принципиальное значение.
Для Украины Донбасс — это не просто участок территории на карте. Это города и поселки, где до войны жили миллионы людей. Это дома, которые люди были вынуждены оставить. Это места, где погибли военнослужащие и мирные жители. Это территория, за которую Украина на протяжении многих лет продолжает платить огромную цену.
Поэтому любое решение об официальной передаче этих земель будет иметь последствия далеко за пределами дипломатических документов.
Почему в Киеве нет единого мнения
Еще одна важная деталь, на которую обращает внимание американское издание, — отсутствие полной однозначности внутри украинского руководства относительно возможного мирного соглашения.
Разные представители украинской власти могут по-разному оценивать соотношение цены продолжения войны и цены потенциальных территориальных уступок.
Одна логика заключается в необходимости как можно скорее добиться прекращения боевых действий, чтобы остановить дальнейшие потери и разрушения. Другая — в том, что слишком серьезные уступки могут деморализовать армию и общество и создать опасный прецедент на будущее.
Обе позиции имеют серьезные аргументы.
Украина действительно истощена продолжительной войной. Тысячи семей ежедневно живут с последствиями боевых действий. Страна несет огромные экономические расходы, а инфраструктура подвергается постоянной угрозе ударов.
Но одновременно существует и другая сторона проблемы.
Если соглашение будет восприниматься как вынужденная капитуляция перед требованиями Москвы, оно может не стать настоящим окончанием войны. Вместо этого может возникнуть длительная пауза, во время которой стороны будут готовиться к следующему этапу противостояния.
Именно этого сценария в Киеве опасаются особенно сильно.
Мир любой ценой или мир с гарантиями?
Главная проблема будущих переговоров заключается в том, что само по себе прекращение огня еще не означает окончательного завершения войны.
Можно остановить стрельбу на определенной линии, подписать политические документы и объявить о завершении боевых действий. Но если при этом не будут созданы реальные механизмы безопасности, угроза нового конфликта может сохраниться.
Именно поэтому вопрос Донбасса нельзя рассматривать отдельно от вопроса будущих гарантий безопасности Украины.
Если территория передается в рамках соглашения, Киев должен понимать, что именно будет предотвращать новое наступление через несколько лет.
Если же такие гарантии окажутся недостаточными, территориальная уступка может обернуться крайне тяжелым стратегическим решением.
Для украинского общества это также станет вопросом доверия к власти. Люди будут спрашивать не только о том, сколько километров территории остается под контролем Украины, но и о том, насколько надежным будет мир после подписания соглашения.
Переговоры могут возобновиться, но быстрого мира Буданов не обещает
Несмотря на ожидания нового дипломатического раунда, Буданов не прогнозирует быстрого прекращения боевых действий.
По его оценке, необходимые условия для прекращения войны могут сформироваться не раньше весны.
Это означает, что даже потенциальное возобновление переговоров в ближайшее время вовсе не гарантирует быстрого перемирия.
Более того, дипломатия может развиваться параллельно с дальнейшей эскалацией на поле боя.
По словам Буданова, Россия, вероятно, попытается провести еще одну масштабную зимнюю кампанию ракетных и беспилотных ударов по Украине.
Такой сценарий представляет серьезную угрозу.
Зима традиционно становится одним из самых тяжелых периодов для Украины. Помимо непосредственно военных рисков, перед страной возникает проблема защиты энергетической инфраструктуры и крупных городов.
Сможет ли Украина защитить города зимой
Одним из ключевых факторов остается состояние украинской противовоздушной обороны.
Украинские власти уже предупреждали о возможной нехватке ракет-перехватчиков для борьбы с баллистическими угрозами. Президент Владимир Зеленский заявлял, что Украине необходимо около 300 ракет Patriot.
Однако возможности партнеров также ограничены.
После новых военных конфликтов и увеличения нагрузки на системы противовоздушной обороны запасы ракет-перехватчиков в мире становятся еще более востребованными. Это создает дополнительную проблему для Киева, которому необходимо одновременно защищать города, энергетические объекты и военную инфраструктуру.
Если зимой действительно начнется новая масштабная воздушная кампания, вопрос количества средств ПВО может оказаться одним из определяющих.
И здесь военная ситуация напрямую связана с дипломатией.
Чем сильнее Украина сохраняет способность защищать свою территорию и инфраструктуру, тем больше пространства у нее остается для самостоятельного принятия решений за столом переговоров.
Россия и Украина могут пытаться улучшить позиции перед переговорами
The New York Times отмечает, что сейчас обе стороны находятся в состоянии эскалации войны. Одна из причин заключается в стремлении получить максимально выгодные позиции перед возможным возвращением к переговорам.
Это важный момент.
Переговоры начинаются не в вакууме. Каждая сторона приходит к столу с определенным набором аргументов — военных, политических, экономических и дипломатических.
Поэтому происходящее на фронте непосредственно влияет на будущую переговорную позицию.
Если одна сторона сможет добиться существенного изменения ситуации на поле боя, она попытается превратить этот результат в политический капитал. Если же военные планы не принесут ожидаемого результата, давление может постепенно сместиться в сторону дипломатического решения.
Именно поэтому ближайшие месяцы могут оказаться особенно важными.
Почему осень может стать новой точкой отсчета
Буданов считает, что переговоры с участием администрации Трампа могут возобновиться в конце сентября.
На этот период приходится сразу несколько важных политических факторов. В России должны пройти парламентские выборы, а в США приближаются промежуточные выборы.
Политический календарь обеих стран способен повлиять на переговорный процесс, поскольку решения о войне и мире неизбежно связаны с внутренней политикой.
Для Вашингтона важно продемонстрировать движение к урегулированию. Для Москвы — показать собственному населению определенные результаты войны. Для Киева — добиться прекращения боевых действий, не согласившись при этом на условия, которые могут поставить под угрозу безопасность страны в будущем.
Именно пересечение этих интересов делает предстоящие переговоры настолько сложными.
Донбасс может стать главным испытанием для Зеленского
Если переговорный процесс действительно возобновится, Владимир Зеленский может столкнуться с одним из самых тяжелых решений за весь период войны.
С одной стороны, прекращение боевых действий — это то, чего хочет украинское общество. Люди хотят, чтобы перестали гибнуть военнослужащие, чтобы прекратились удары по городам, чтобы семьи смогли вернуться к нормальной жизни.
С другой стороны, вопрос заключается в цене такого прекращения.
Если для мира потребуется отказаться от значительной части территории, возникает следующий вопрос: станет ли такой мир устойчивым?
Именно здесь позиция Буданова приобретает особый вес.
Его слова свидетельствуют о том, что даже внутри высшего руководства Украины понимание возможного мирного соглашения не сводится к простой формуле «остановить войну любой ценой».
Речь идет о поиске такого решения, которое одновременно позволит остановить боевые действия и не создаст условия для нового конфликта.
«Вы не можете воевать всю жизнь»
При этом сам Буданов признает очевидное: бесконечно продолжать войну невозможно.
«Переговоры рано или поздно к чему-то приведут. Вы не можете воевать всю жизнь», — заявил он.
В этой фразе заключается вся сложность нынешней ситуации.
Украина нуждается в мире. Но ей нужен не просто перерыв между двумя этапами войны.
Ей необходимо такое завершение конфликта, которое даст людям возможность вернуться домой, восстановить города, вернуть экономику к нормальной работе и главное — быть уверенными, что через несколько лет страна вновь не окажется перед угрозой масштабного нападения.
Поэтому будущие переговоры будут идти не только о территориях.
Они будут идти о гарантиях безопасности, международной поддержке, способности Украины защищать себя, будущем армии, экономике и политическом устройстве послевоенной страны.
И Донбасс в этой конструкции станет одним из главных вопросов.
Решение придется принимать не только о прошлом, но и о будущем
История войны уже сформировала огромную цену любого решения. Но теперь украинскому руководству придется думать еще и о цене будущего.
Согласиться на территориальную уступку — значит принять решение, которое может изменить политическую и психологическую реальность страны на десятилетия.
Отказаться от уступки — значит потенциально продолжить войну, которая уже принесла Украине колоссальные потери.
Именно поэтому простой ответ здесь невозможен.
Позиция Буданова показывает, что в Киеве понимают эту дилемму. Мир действительно необходим. Но мир, который не устранит угрозу нового конфликта, может оказаться лишь временной передышкой.
В ближайшие месяцы многое будет зависеть от ситуации на фронте, позиции Соединенных Штатов, действий европейских союзников и способности Украины сохранять обороноспособность.
Если переговоры возобновятся, Донбасс почти наверняка окажется в центре самых сложных дискуссий.
И тогда вопрос будет звучать уже не просто как «отдать или не отдать территорию».
Главным станет другой вопрос: какой ценой Украина готова завершить эту войну — и сможет ли заключенный мир действительно гарантировать, что война больше не повторится?
