Воздушная война против Украины постепенно входит в новую фазу. Если раньше одной из главных проблем для противовоздушной обороны были многочисленные волны относительно медленных ударных беспилотников, то теперь ситуация стремительно меняется. Россия увеличивает применение реактивных дронов, способных развивать скорость около 500 км/ч и выше, а это уже меняет саму логику их перехвата.
По словам авиационного эксперта, ведущего научного сотрудника Государственного музея авиации Валерия Романенко, Украина столкнулась не просто с очередной модернизацией известных беспилотников. Речь идет о качественном изменении характера воздушной угрозы.
Раньше значительная часть средств ПВО была адаптирована именно для борьбы с медленными целями. Теперь же в одном налете одновременно могут присутствовать старые поршневые беспилотники и гораздо более быстрые реактивные аппараты. Поэтому украинской стороне приходится фактически перестраивать систему перехвата, не отказываясь при этом от уже существующих средств защиты.
Скорость стала главным фактором
Особое внимание эксперт обращает на реактивные версии «Гераней». В отличие от предыдущих моделей с поршневыми двигателями, такие аппараты способны значительно быстрее преодолевать расстояние до цели. Это сокращает время, которое украинские силы получают на обнаружение, сопровождение и уничтожение беспилотника.
Именно поэтому часть дронов-перехватчиков, которые эффективно работают против более медленных беспилотников, может столкнуться с серьезными ограничениями.
Здесь принципиальное значение имеет способ перехвата. Если перехватчик способен увидеть цель впереди себя, быстро выйти ей навстречу и атаковать в передней полусфере, разница в скорости уже не настолько критична.
Совсем иначе ситуация выглядит, когда беспилотник-перехватчик вынужден догонять цель. В таком случае он должен быть быстрее объекта атаки. В противном случае перехват просто не состоится.
Поэтому, по оценке Романенко, существующие системы вроде P1-SUN могут потребовать серьезной доработки либо дополнения новыми скоростными платформами.
При этом это вовсе не означает, что Украина остается без ответа. По словам эксперта, уже проходят испытания как минимум четыре системы, способные бороться с реактивными дронами.
Истребители снова становятся важной частью защиты
Развитие скоростных дронов способно изменить и роль боевой авиации.
На первый взгляд это может показаться парадоксальным. Еще недавно медленный «Шахед» мог быть сложной целью для некоторых бортовых радиолокационных систем. Однако увеличение скорости делает реактивные дроны более заметными для импульсно-доплеровских радаров истребителей.
Получается своеобразная технологическая ловушка: преимущество беспилотника одновременно превращается в его уязвимость.
По словам эксперта, истребители потенциально смогут уничтожать такие цели не только ракетами, но и пушечным вооружением. Это особенно важно с экономической точки зрения. Использовать дорогую ракету для поражения относительно дешевого беспилотника далеко не всегда рационально.
Одним из вариантов могут стать ракеты APKWS калибра 70 мм, переделанные из неуправляемых боеприпасов в оружие с лазерным наведением. При наличии соответствующего оборудования самолет получает возможность обнаружить цель, сопровождать ее и нанести удар.
Если беспилотник движется со скоростью около 500 км/ч, для истребителя он может оказаться сравнительно удобной целью. Однако здесь остается серьезное ограничение — количество самолетов.
Чтобы регулярно использовать авиацию против массовых налетов, необходимо иметь достаточное количество истребителей, подготовленных пилотов, боеприпасов и топлива.
Украине необходим новый принцип перехвата
Одним из наиболее перспективных направлений эксперт считает уничтожение реактивных дронов в передней полусфере.
В таком случае скорость цели перестает быть главным фактором. Перехватчик не должен долго преследовать беспилотник. Ему необходимо получить информацию о его местоположении, выйти на траекторию сближения и уничтожить цель до того, как она пройдет мимо.
Еще важнее автоматическое наведение.
Идея заключается в том, чтобы зенитный дрон действовал по принципу управляемой ракеты: получил информацию о цели, вышел в район ее нахождения, самостоятельно захватил объект и завершил атаку.
Такой подход может стать одним из ключевых элементов будущей системы защиты Украины от массированных воздушных ударов.
Проблема ведь заключается не только в том, можно ли сбить один реактивный дрон. Гораздо сложнее понять, можно ли уничтожить сотни таких целей во время одного налета, не израсходовав при этом ресурсы, которые стоят в десятки или даже сотни раз дороже самой цели.
Именно здесь появляется необходимость массового использования относительно дешевых перехватчиков.
Искусственный интеллект против искусственного интеллекта
Отдельным вызовом становится совершенствование самих ударных беспилотников.
В новых версиях «Гераней», по предоставленной экспертом информации, используются системы уклонения, в том числе элементы, связанные с искусственным интеллектом. Дополнительную сложность создают камеры заднего обзора и возможность контролировать пространство вокруг аппарата.
Это означает, что противостояние постепенно выходит за пределы простой схемы «обнаружил — догнал — уничтожил».
Беспилотник перестает быть пассивной мишенью. Он может реагировать на угрозу, менять траекторию и пытаться уйти от перехвата.
Поэтому будущее противовоздушной обороны во многом будет зависеть от того, насколько быстро украинские производители смогут внедрять машинное зрение, автоматический захват цели и автономное наведение в собственные системы-перехватчики.
Фактически речь идет о противостоянии двух автоматизированных систем, где преимущество получает тот, кто быстрее обнаруживает угрозу и принимает решение.
Дешевый беспилотник постепенно становится дорогим оружием
Существует и другая важная тенденция: чем больше оборудования устанавливается на ударный беспилотник, тем выше становится его стоимость.
По оценке эксперта, стоимость «Герани» изначально составляла около 35 тысяч долларов. Однако сейчас, с учетом дополнительного оборудования, камер, систем связи и других компонентов, она может приближаться к 100 тысячам долларов.
Это очень показательный процесс.
Изначальная концепция массового ударного беспилотника строилась на простоте: относительно дешевая конструкция, несложный двигатель, большая дальность и возможность производить значительное количество аппаратов.
Однако со временем в конструкцию добавляются новые системы. Камеры, средства связи, навигация, антенны, системы противодействия перехвату — все это увеличивает возможности дрона, но одновременно повышает его стоимость.
В результате возникает своеобразная гонка.
Россия пытается сделать ударный беспилотник более сложным и живучим, а Украина стремится создать максимально дешевый способ его уничтожения.
Следующим шагом могут стать эрзац-крылатые ракеты
Именно здесь, по мнению Валерия Романенко, может появиться следующий этап развития российских ударных систем.
Эксперт предполагает, что после дальнейшего совершенствования реактивных беспилотников Россия может сделать ставку на дешевые эрзац-крылатые ракеты.
Это потенциально опасная перспектива.
Крылатая ракета традиционно воспринимается как дорогое и технологически сложное оружие. Однако современная война показывает, что часть таких конструкций можно упрощать, удешевлять и приспосабливать для массового производства.
Фактически может появиться промежуточный класс вооружения между беспилотником и полноценной крылатой ракетой.
Главным преимуществом таких систем способна стать не рекордная скорость или огромная боевая часть, а возможность производить их тысячами.
Для Украины это особенно серьезный вызов.
Если система ПВО вынуждена использовать дорогой боеприпас против каждой дешевой воздушной цели, противник получает возможность создавать ситуацию, когда даже успешная работа обороны будет иметь высокую экономическую цену.
«Бандероль», «Монохром» и другие новые угрозы
Отдельную опасность представляют российские проекты дешевых ракетных систем, среди которых эксперт называет «Бандероль», «Монохром» и «Дань-Т».
В частности, в отношении «Бандероли» ранее заявлялись планы производства до 1500 единиц к концу года. Если подобные темпы действительно будут достигнуты, речь уже будет идти не об отдельных ударах, а о серийном производстве нового класса оружия.
По словам Романенко, «Бандероль» может использоваться с различных носителей, включая наземные пусковые установки, беспилотники и вертолеты.
Это создает совершенно другую модель угрозы.
Украине придется защищаться не от одного конкретного типа боеприпаса, а от целого набора относительно дешевых воздушных средств поражения, которые могут применяться с разных платформ.
И ответ на такую угрозу тоже должен быть массовым.
Почему дешевые перехватчики становятся критически важными
Проблема стоимости постепенно выходит на первый план.
Если Украина будет использовать чрезвычайно дорогие ракеты для уничтожения дешевых беспилотников и эрзац-ракет, противник сможет создавать ситуации, при которых даже успешная работа ПВО будет обходиться слишком дорого.
Поэтому одной из главных задач становится поиск баланса между стоимостью цели и стоимостью средства ее уничтожения.
Один из вариантов — скоростные зенитные дроны. Эксперт упоминает разработки, в которых скорость перехватчиков может достигать примерно 660 км/ч. Если такие системы удастся довести до серийного производства, они потенциально смогут закрыть часть проблемы быстрых целей.
Еще одно направление — компактные радары.
По словам Романенко, уже существуют миниатюрные радары миллиметрового диапазона, способные обнаруживать цели на расстоянии около одного километра. Их ориентировочная стоимость может составлять до 4 тысяч долларов.
Для небольшого беспилотника-перехватчика это серьезное удорожание. Но одновременно такой сенсор может дать ему принципиально новые возможности.
Таким образом, современная война порождает парадоксальную ситуацию: сложные системы пытаются сделать дешевле, а дешевые системы превращают в высокотехнологичное оружие.
Все может зависеть от производства двигателей
Еще одним критически важным элементом остается производство малогабаритных реактивных двигателей.
По оценке эксперта, российская промышленность имеет ограниченные возможности по созданию таких двигателей в необходимых масштабах. Поэтому существенное значение может иметь доступ к китайской промышленной базе и соответствующим компонентам.
Как только малогабаритные реактивные двигатели перестают быть единичными изделиями и становятся массовым серийным продуктом, появляется возможность резко увеличить производство новых типов беспилотников.
Именно поэтому дальнейшее развитие российских реактивных аппаратов будет зависеть не только от работы конструкторов, но и от способности получать необходимые компоненты и масштабировать производство.
«Герани» могут оказаться не последним этапом
По мнению Романенко, потенциал нынешней концепции «Гераней» уже во многом исчерпывается.
Можно продолжать добавлять камеры, системы связи, антенны, модемы и другие компоненты, однако каждое такое усовершенствование увеличивает стоимость конструкции.
Поэтому следующий качественный скачок может произойти уже не внутри существующей концепции.
И именно здесь особенно важна оценка эксперта относительно возможного перехода к эрзац-крылатым ракетам.
Если такой сценарий реализуется, воздушная война может еще сильнее сместиться в сторону массовости.
Украине придется противостоять не обязательно самой сложной и технологичной системе. Гораздо опаснее может оказаться оружие, которое достаточно эффективно, но при этом способно выпускаться тысячами.
Именно поэтому украинской ПВО необходима многослойная система, в которой будут одновременно использоваться дешевые перехватчики, скоростные дроны, автоматическое наведение, компактные радары, истребительная авиация и другие средства борьбы с различными типами целей.
Главный урок последних лет заключается в том, что в воздушной войне недостаточно иметь самое современное оружие. Его должно быть достаточно много, чтобы выдержать массированный удар.
Россия уже продемонстрировала способность адаптировать свои беспилотники после того, как украинская ПВО научилась эффективно бороться с предыдущими версиями. Теперь увеличивается скорость, появляются системы уклонения, новые средства связи и разведки.
Украинский ответ должен быть таким же быстрым.
Если следующим этапом действительно станет появление массовых дешевых эрзац-крылатых ракет, времени на многолетние циклы разработки может просто не оказаться.
Поэтому борьба за украинское небо сегодня идет не только непосредственно над городами. Она происходит также в конструкторских бюро, на производственных линиях и испытательных площадках.
В этой гонке победит не обязательно тот, кто создаст самое дорогое и сложное оружие. Ключевое преимущество получит тот, кто сумеет быстрее превратить технологию в массовое, доступное и эффективное средство защиты.
И именно от этого во многом будет зависеть, насколько опасным окажется следующий этап воздушной войны для Украины.
