В американской администрации может произойти серьезная перестановка, способная изменить подход Вашингтона к дипломатическим усилиям вокруг войны в Украине. Как сообщает Financial Times со ссылкой на осведомленных собеседников, директор Центрального разведывательного управления США Джон Рэтклифф может получить более значительное влияние на переговорный процесс.
Если этот сценарий будет реализован, глава американской разведки окажется в центре одного из наиболее чувствительных дипломатических направлений администрации Дональда Трампа. Речь идет о возможном расширении его участия в контактах как с российской, так и с украинской сторонами.
До сих пор заметную роль в подобных усилиях играли специальный посланник США Стив Виткофф и Джаред Кушнер, зять президента. Именно они участвовали в ряде контактов, связанных с поиском возможных путей прекращения войны. Теперь же в Вашингтоне, судя по информации источников, обсуждают перераспределение полномочий.
При этом речь пока не идет о принятом решении. Источники подчеркивают, что Трамп еще не утвердил окончательную схему работы своей команды.
Почему Рэтклифф может оказаться в центре переговоров
Возможное усиление роли Рэтклиффа имеет особое значение из-за специфики его должности. Руководитель ЦРУ располагает доступом к разведывательной информации и закрытым каналам связи, которые могут использоваться для получения более точного представления о намерениях сторон.
По данным Financial Times, представители Рэтклиффа уже сообщили европейским коллегам, что он должен играть более заметную роль в так называемой «челночной дипломатии» между Россией и Украиной.
Такой формат предполагает постоянные контакты с разными сторонами конфликта и передачу предложений, сигналов и позиций между ними. Особенно важным это становится тогда, когда публичные заявления участников переговоров существенно расходятся с тем, что обсуждается в закрытом формате.
При этом Рэтклифф, как ожидается, не откажется от своей основной работы. Он продолжит поддерживать взаимодействие с разведывательными структурами обеих стран. Таким образом, его возможная дипломатическая миссия может существовать параллельно с текущими обязанностями руководителя американской разведки.
Это потенциально создает необычную модель, при которой разведывательные и дипломатические каналы оказываются тесно связаны между собой.
В американской команде наметилось соперничество
Особый интерес вызывает информация о возможном конфликте интересов внутри американской переговорной группы. Двое собеседников Financial Times утверждают, что между Рэтклиффом и Виткоффом существует борьба за определение того, кто именно будет отвечать за различные направления переговоров.
Причины такого соперничества публично не раскрываются. Однако очевидно, что влияние на украинский переговорный трек дает значительные политические возможности.
Виткофф при этом, вероятно, не потеряет свою должность специального посланника. Его полномочия также включают дипломатические миссии на Ближнем Востоке, поэтому американская администрация может сохранить его в этой роли, одновременно перераспределив часть украинского направления.
Не исключено, что Виткофф продолжит заниматься украинским вопросом параллельно с Рэтклиффом. В таком случае Вашингтон фактически получит несколько каналов переговоров, каждый из которых будет иметь собственную специфику.
Однако такая схема несет и риски. Чем больше представителей одной страны участвует в переговорах, тем выше вероятность расхождения сигналов и подходов. Поэтому окончательное распределение полномочий может оказаться не менее важным, чем сам выбор переговорщиков.
Визит Рэтклиффа в Москву приобрел новое значение
На фоне нынешних сообщений особое внимание привлекает поездка Рэтклиффа в Москву, о которой стало известно 25 августа.
Сам визит руководителя американской разведки в российскую столицу стал важным дипломатическим сигналом. Такие контакты особенно чувствительны в период войны, когда информация о содержании закрытых переговоров практически всегда остается ограниченной.
Трамп после этого заявил, что из поездки Рэтклиффа в Москву «возможно, что-то получится». Теперь, после публикации Financial Times о возможном расширении полномочий главы ЦРУ, тот визит выглядит еще более значимым.
Если Рэтклифф действительно станет одним из основных американских участников переговорного процесса, его московская поездка могла стать частью подготовки более масштабного канала общения.
При этом делать вывод о конкретных договоренностях пока преждевременно. Публичной информации о содержании переговоров недостаточно, чтобы говорить о каких-либо окончательных результатах.
Киев и Вашингтон продолжают искать рабочий формат
Еще одним важным элементом происходящего стала встреча, состоявшаяся 6 сентября в Киеве. В переговорах участвовали представители Украины, американские специальные посланники и советники по национальной безопасности европейских государств, входящих в формат «евротройки».
По итогам встречи стороны договорились в ближайшее время провести новую встречу в аналогичном формате. Это свидетельствует о том, что дипломатическая работа продолжается сразу по нескольким направлениям.
Для Украины принципиальным остается вопрос содержания возможного мирного соглашения. Само наличие переговоров еще не означает готовности сторон принять единый вариант завершения войны. Между позициями Киева и Москвы сохраняются серьезные противоречия, а любые договоренности требуют не только политической воли, но и надежных механизмов их реализации.
В этих условиях возможное усиление роли Рэтклиффа может стать попыткой Вашингтона изменить сам механизм переговоров. Вместо исключительно политического посредничества США могут сделать большую ставку на закрытые каналы, разведывательные оценки и прямую передачу сигналов между сторонами.
Пока окончательное решение остается за Трампом. Но если глава ЦРУ действительно получит ведущую роль в украинском направлении, это станет заметным изменением американской стратегии.
Именно поэтому сейчас важны не только фамилии переговорщиков, но и то, какие предложения появятся на столе после возможной перестройки команды. За закрытыми дверями может решаться вопрос, который непосредственно повлияет на дальнейший ход войны и перспективы ее завершения.
