Завантаження публікації
ОГОЛОШЕННЯ

Удар по Prince Sultan: почему США потеряли ощущение тыла

Ранение американских военных на базе в Саудовской Аравии и повреждение KC-135 показывают: война Израиля, США и Ирана входит в фазу опасного расширения.


Save
Сергій Тітов
Костянтин Любін
Ольга Булова
Тетяна Мілетіч
Іван Дехтярь
Сергій Тітов; Костянтин Любін; Ольга Булова; Тетяна Мілетіч; Іван Дехтярь
Газета Дейком | 28.03.2026, 08:05 GMT+3; 02:05 GMT-4
Мова публікації: Русский

Закріплено
Закріплено
Link to Article
Сергій Тітов
Сергій Тітов
28 березня 2026 року

Иранский удар по Prince Sultan Air Base 27 марта стал не просто очередной боевой новостью с Ближнего Востока. В течение дня публичные оценки потерь менялись: ранние сообщения AP и The Washington Post говорили как минимум о 10 раненых военнослужащих США, более поздние обновления — о 12, а отдельные live-ленты называли и более высокие цифры. Уже сама эта разница показывает: инцидент оказался масштабнее, чем это выглядело в первых сухих утечках.

Главное здесь не только число раненых, двое из которых, по американским данным, находятся в тяжелом состоянии. Критичнее другое: под удар попала одна из ключевых американских баз в Саудовской Аравии, которую в Вашингтоне рассматривали как глубокий тыл. Когда ракеты и дроны достают настолько защищенный узел, это означает пробоину уже не на периферии, а в самой архитектуре региональной ПВО и обороны США.

По имеющимся данным, атака сочетала как минимум одну ракету и дроны, а среди поврежденных целей оказались и американские самолеты-дозаправщики KC-135. Это не случайный выбор. В войне высокой интенсивности танкеры, склады, связь и логистика значат не меньше, чем истребители: без них воздушная кампания сохраняет символику силы, но теряет оперативный темп. Именно поэтому удар Ирана по саудовской базе следует читать как попытку бить по нервной системе американского присутствия в регионе.

Иранский удар по Prince Sultan Air Base 27 марта стал не просто очередной боевой новостью с Ближнего Востока. В течение дня публичные оценки потерь менялись: ранние сообщения AP и The Washington Post говорили как минимум о 10 раненых военнослужащих США, более поздние обновления — о 12, а отдельные live-ленты называли и более высокие цифры. Уже сама эта разница показывает: инцидент оказался масштабнее, чем это выглядело в первых сухих утечках.

Главное здесь не только число раненых, двое из которых, по американским данным, находятся в тяжелом состоянии. Критичнее другое: под удар попала одна из ключевых американских баз в Саудовской Аравии, которую в Вашингтоне рассматривали как глубокий тыл. Когда ракеты и дроны достают настолько защищенный узел, это означает пробоину уже не на периферии, а в самой архитектуре региональной ПВО и обороны США.

По имеющимся данным, атака сочетала как минимум одну ракету и дроны, а среди поврежденных целей оказались и американские самолеты-дозаправщики KC-135. Это не случайный выбор. В войне высокой интенсивности танкеры, склады, связь и логистика значат не меньше, чем истребители: без них воздушная кампания сохраняет символику силы, но теряет оперативный темп. Именно поэтому удар Ирана по саудовской базе следует читать как попытку бить по нервной системе американского присутствия в регионе.

По предварительной оценке редакции Дейком, в этом и состоит главный смысл атаки: Тегеран пытается поражать не только отдельные объекты, но и ритм всей операции. Prince Sultan давно используется для поддержки дозаправки в зоне ответственности CENTCOM, поэтому даже частичный вывод из строя KC-135, вероятно, создает эффект домино для вылетов, дежурств и резервов. Удар по логистике всегда дешевле симметричной воздушной войны, но нередко дает не меньший стратегический результат.

Здесь и возникает политическое противоречие, которое Вашингтону все труднее скрывать. Американская администрация продолжает говорить языком близкой победы, но The Washington Post прямо отмечает: несмотря на удары более чем по 16 тысячам целей, Иран сохраняет значительный запас баллистических ракет и дронов. Иначе говоря, кампания США и Израиля ослабила иранские возможности, но не лишила Тегеран способности отвечать болезненно и асимметрично.

Как минимум 10 американских военных ранены после иранского удара по базе в Саудовской АравииКак минимум 10 американских военных ранены после иранского удара по базе в Саудовской АравииАтака на Prince Sultan Air Base показала, что даже после недель массированных ударов США и Израиля Иран сохраняет способность наносить болезненные удары по американским силам в регионе, а сама война остается далекой от р

Еще одно тревожное измерение — накопление потерь. AP со ссылкой на CENTCOM пишет, что за месяц войны ранения получили более 300 американских военнослужащих; большинство вернулись в строй, но десятки оставались вне боевой готовности, а часть — в тяжелом состоянии. Это уже не совокупность случайных эпизодов, а статистика истощения. Она медленно разрушает тезис о почти герметичной защите американских баз на Ближнем Востоке и подрывает уверенность союзников в надежности системы сдерживания.

На этом фоне слова госсекретаря Марко Рубио о том, что США могут достичь целей без наземной операции и что война должна завершиться “в течение недель, а не месяцев”, звучат скорее как успокаивающий сигнал для внутренней аудитории. Потому что параллельно Пентагон готовит переброску как минимум тысячи десантников 82-й дивизии и двух подразделений морской пехоты. То есть в публичной риторике — ограниченная кампания, а в реальном планировании — резерв на случай ухудшения сценария.

Дипломатический канал при этом не выглядит прорывным. Администрация Дональда Трампа передала Ирану 15-пунктный план возможного прекращения огня через Пакистан, однако Тегеран отрицает, что полноценные переговоры вообще идут. Сам Трамп говорит о прогрессе, но региональные дипломаты, по данным американских медиа, считают стороны далекими даже от согласования формата встречи. В такой конфигурации военная эскалация начинает жить быстрее дипломатии.

События 28 марта лишь усилили ощущение, что конфликт входит в фазу расширения. Израиль объявил о новой волне ударов по Тегерану, а также сообщил о первом с начала этой войны пуске ракеты с территории Йемена. После угроз хуситов открыть новый фронт это уже не периферийный шум, а сигнал, что война Израиля и Ирана рискует стать системной войной всего региона — с несколькими очагами одновременно.

Расширение конфликта видно и в Персидском заливе. В сообщениях от 28 марта говорилось о перехвате иранских дронов и ракет над Саудовской Аравией, а в ОАЭ обломки после перехвата вызвали пожары и ранения в промышленной зоне Абу-Даби. Для Эр-Рияда и Абу-Даби это худший сценарий: они годами пытались не превращать собственную территорию в открытый фронт, но сама логика эскалации втягивает их в боевую географию войны.

Самое дорогое последствие этой эскалации — не только военное, но и энергетическое. Через Ормузский пролив проходит критически важная доля мировой морской торговли нефтью и значительная часть поставок сжиженного газа. Если потоки через пролив действительно снижаются, каждый новый удар по базам США или по маршрутам снабжения мгновенно превращается в глобальный ценовой риск. В таком случае любой ракетный обмен в регионе начинает влиять не только на фронт, но и на топливные рынки от Азии до Европы.

Именно поэтому удар по американской базе в Саудовской Аравии значит намного больше, чем его тактический эффект. Когда ракеты достают логистические узлы США, а Ормуз остается частично заблокированным, рынки читают это как сигнал: конфликт может выйти за пределы управляемой эскалации. Для Азии риск особенно высок, поскольку именно туда идет основная часть энергоносителей, проходящих через пролив. То есть удар Ирана по саудовской базе — это еще и удар по ожиданиям глобальной стабильности.

Ормузский узел войны: почему дедлайн Трампа не останавливает Израиль и ИранОрмузский узел войны: почему дедлайн Трампа не останавливает Израиль и ИранПродление ультиматума США до 6 апреля не стало деэскалацией: удары продолжаются, G7 спорит, а нефть, логистика и морская безопасность остаются заложниками пролива.

Да, Саудовская Аравия и ОАЭ располагают трубопроводами, которые частично обходят Ормуз, но их резервной мощности недостаточно, чтобы полностью заменить морской трафик. Даже страны с обходной инфраструктурой не могут гарантировать нормализацию поставок, если удары по базам, портам, ПВО и воздушным коридорам продолжатся. Поэтому энергетическая безопасность сейчас зависит уже не только от танкеров, но и от того, смогут ли США и их союзники восстановить ощущение управляемости ситуации.

Международная коалиция вокруг США тоже не выглядит монолитной. На встрече G7 союзники согласились призывать к немедленному прекращению атак на гражданских и к восстановлению безопасной навигации в Ормузе, но при этом Париж прямо дал понять, что не готов автоматически считать эту войну своей. Лондон и Берлин также делали акцент на дипломатии, а не на подключении к наступательным действиям против Ирана. Это означает, что Вашингтон обладает военным преимуществом, но не имеет автоматической политической коалиции для долгой кампании.

Для самой Саудовской Аравии это означает стратегическую дилемму. С одной стороны, королевство не может позволить регулярные удары по своей территории и американским объектам. С другой — полноценное прямое вступление в войну сделает саудовскую инфраструктуру приоритетной целью для иранских ракет и дронов. Именно поэтому Эр-Рияд, судя по имеющимся сообщениям, пока удерживается в режиме обороны, перехватов и ограниченной поддержки, не переходя черту формального вступления в кампанию.

Наиболее вероятный краткосрочный сценарий — не стремительный прорыв на фронте, а новая серия ударов по логистике, ПВО, базам и морским маршрутам. Такие действия не дают большой территориальной картины, зато медленно подтачивают политическую выносливость противника. Именно поэтому атака на Prince Sultan Air Base, вероятно, опаснее, чем выглядит в формуле о “двенадцати раненых”: она ударила по ощущению, что США контролируют темп войны и могут безнаказанно удерживать тыл в Саудовской Аравии.

Ключевой вывод сейчас таков: удар Ирана по саудовской базе не доказывает силу Тегерана в абсолюте, но доказывает его способность срывать американский нарратив о близком финале кампании. Пока Вашингтон говорит о неделях до завершения войны, Иран демонстрирует, что даже после массированных ударов может расширять фронт, поднимать цену на нефть, давить на союзников США и заставлять их считать не победы, а риски. В стратегическом смысле именно это и является самой опасной формой эскалации.


Сергій Тітов — Кореспондент, який спеціалізується на політиці, економіці та культурі Близького Сходу, пише про суспільно важливі теми. Він проживає та працює в Тель-Авіві (Ізраїль).

Костянтин Любін — Кореспондент, який спеціалізується на політиці, економіці та технологіях, проживає у Чикаго, США, та висвітлює міжнародні новини.

Ольга Булова — Кореспонден, який спеціалізується на міжнародній політиці, економіці, науці, технологіях. Вона є дипломатичним кореспондентом в Берліні, Німеччина.

Тетяна Мілетіч — Кореспондент, який спеціалізується на суспільно важливих темах, пише про міжнародну політику, фінансові ринки та фокусується на Близькому Сході. Вона проживає та працює в Тель-Авіві, Ізраїль.

Іван Дехтярь — Кореспондент, який працює в Європі та Центральної Азії, пише щоденні новини та працює над масштабними розслідувальними проєктами і сюжетами. Базується в Стамбул, Туреччина.

Цей матеріал є частиною розгорнутої теми: США та Ізраїль проти Ірану, яка охоплює численні цікаві аспекти цієї події. Газета «Дейком» ретельно відстежує події, проводячи перевірку джерел та інформації, щоб забезпечити нашим читачам найбільш точне та актуальне інформування.

Цей матеріал опубліковано 28.03.2026 року о 08:05 GMT+3 Київ; 02:05 GMT-4 Вашингтон, розділ: Світові новини, Близький схід, Аналітика, із заголовком: "Удар по Prince Sultan: почему США потеряли ощущение тыла". Якщо в публікації з'являться зміни, про це буде зазначено та описано у кінці публікації.

Читайте щоденну газету та загальну стрічку новин газети Дейком, яка поєднує багато цікавого в понад 40 розділах з усіх куточків світу.


Save
ОГОЛОШЕННЯ

Новини, які можуть Вас зацікавити:

Штатні та позаштатні журналісти газети «Дейком» щодня готують сотні публікацій, щоб читачі отримували найоперативнішу, перевірену й глибоку інформацію. Ми працюємо для тих, хто хоче розуміти суть подій, бачити широку картину та бути на крок попереду.

Останні новини

Вибір редакції

Європейські новини: